+7 (913) 613 59 62

Войти
Регистрация

Концепция музея разработана Центром социального развития "Благолетие"
Сайт музея создан благодаря финансированию Омского областного общественного фонда поддержки работников правоохранительных органов "ЩИТ", на средства победителя городского конкурса социальных проектов 2012 г.
На стендах музея «Книга жизни» Вы имеете уникальную возможность  поведать потомкам о своей жизни, о родных и близких людях, друзьях, коллективах и организациях. Сделать это несложно. Было бы желание, мы вам поможем.

Подробнее о музее

Дегтярёв Андрей Андреевич

12.08.2013



 

Без связи не продержится пехота…  

           
 
        Связь в мире развивалась стремительно. От почтовых голубей и почтовых троек, от посыльных и вперёдсмотрящих - до проводной и беспроводной радиосвязи. А в песне военных лет уже звучало:                                           
Без связи не продержится пехота,                                 
И танки в бой без связи не пойдут.
    Ночь… Метель… Снег большими мокрыми хлопьями бьёт в стекло электровоза.   До боли в глазах всматривается вперед  в темноту машинист. Первый жёлтый, второй … Надо сбавлять скорость, вон и красный свет – впереди состав. Чего не увидит глаз человека, уловит приёмное устройство электровоза, раскодирует сигналы и, если необходимо, сработает система блокировки – состав экстренно затормозится. А если большая скорость? А если гружёный?  500 метров  пути мало, чтобы остановить состав. На переезде способна заглохнуть машина, железнодорожную насыпь может переходить пасущийся скот. Да мало ли чего случится! Однажды, как рассказал Андрей Андреевич,  ночью по параллельному пути бежал лось. Долго бежал, пока машинист не подал гудок. Испугавшись, зверь сиганул в сторону леса. Что там ещё впереди? Как знать?             
    О необходимости связи военный связист, а в мирное время машинист электровоза  Андрей Дегтярёв знает очень хорошо. Много лет он отработал на железной дороге, до самой пенсии и ещё пять лет. Тяжёлая работа. Внезапные поездки, ночные, ответственность, предельное внимание.  Впереди тебя путь, позади люди, груз… И нет права на ошибку, да и не было такого права никогда.
   Очень рано взрослело его поколение. Родился Андрей в деревне Ивановке Черлакского района. Предки его - переселенцы из Украины. Много мыкались  родители. Коллективизация не оставляла выбора. Либо в колхоз, либо в «болота», это на Кулай, значит. Бросив всё нажитое, семья сбежала на Кубань. А там все то же самое – раскулачивание, голод. Не мог рабский труд на сахарном заводе прокормить семью. Вернулись в Сибирь.           
    Войну в Сибири не то, чтобы ждали, войной был пронизан воздух. И, когда она уже шла на Западе, казалось, что не коснётся, пройдет, пронесёт, произойдёт чудо… Не прошло, не пронесло, не произошло…
    Мужики с тракторов ушли на войну. Школьники, даже девочки, заменили их. Гусеничные трактора забрали на фронт таскать пушки. Остались старые добитые колесные тракторы СТЗ. Заглохнет такой на пашне, девчонки завести не могут, силёнок в руках нет. Ребята помогали, или бригадир тут как тут. Работали день и ночь. Ночью работать жутко. Волков развелось множество. Их по горящим глазам далеко видно. Если трактор заглох, что бывало очень часто, загрызут. Наготове ломик держали. На плугах работали женщины. Плуг с бороной. Пыль за трактором, шум. Задача тех, кто за плугом, - дёргать за рычаги, чтобы плуг  вышел из земли, когда разворот. Потом, в начале новой гонки, опять в землю врезался. А гонки длинные-длинные, луны нет, темень кромешная, колеи не видно… И  вдруг, крик!  Как услышал?!  Женщина уснула и упала в пахоту. Чуть не запахал – обошлось. Осталась жива, поранилась только сильно. Холода, голод… Физической усталости Андрей Андреевич не помнит, помнит только, что хотелось  спать, только спать.
     В 42-м году ушёл на фронт отец. Было ему 46 лет. В боях под Сталинградом его ранило, и в 43-м он вернулся домой…без ноги. Сын не увидел отца, пришло и его время. Из Омска Андрей попал в Новосибирск на курсы радиотелеграфистов. Курсы ускоренные, как говорили авиаторы, «взлёт-посадка». По 5-6 часов кряду стучали на ключе. Андрей Андреевич вспоминает: 
    - Мы стали слышать « морзянку» везде: чирикнет птичка, просигналит машина, загудит гудок длинный или короткий, а в висках – точка, точка, тире, точка...  
Во время войны частушка про связистов была сложена:
                            Разбуди радиста ночью в самой серединочке,
                            Он морзянку отстучит без одной запиночки.
    По окончании курсов целый вагон радистов был отправлен в Москву на пересыльный пункт, где их распределяли по всему фронту. Андрей попал в танковую бригаду мотополка. После боёв под Прохоровкой бригада формировалась под Тулой с августа по октябрь. Набирались механики, которые перегоняли танки с Урала, формировались экипажи. А в конце октября необстрелянный радист уже участвовал в освобождении Белоруссии.
    Войны и на его жизнь хватило – век бы её не видеть. В обязанность радиста при комбате входило держать связь со штабом бригады, с её командиром. Иногда пешком, чаще с пехотой на танке, но рядом с комбатом.  Плечи оттягивали радиопередатчик 8 кг, упаковка питания 16 кг, личное оружие. Радиостанции пеленгуются, поэтому вначале связь устанавливается по станции, потом по «проволоке», как говорили они. Рвалась проволока - включалась станция. Но связь должна быть постоянной.
    Настоящим боевым крещением Андрей Андреевич считает бой в Белоруссии:
   - Нас бросили в «мешок». А мы окружили в бою немцев и держали их в кольце. Жуткая грязь, снег, вода, негде зарыться – кругом болота.  Немцы перерезали нам узкую часть для выхода. Хорошо сработала связь. Нам подмогли свои,  а мы додавили немцев. 
    Белоруссию мы проходили с боями. Нужно было, как можно больше немцев притянуть к себе, чтобы отвлечь их силы от Ленинграда. Только когда блокада была прорвана, нас отправили на отдых и на формировку. За всю эту зиму я не помню, чтобы мы спали в тепле, в хате. И вот есть такая возможность, можно занять деревню, из которой только что выбили немцев.
     Вдруг тёмная и огромная туча накрыла всю деревеньку. Повалил мокрый, липкий снег. В один миг снег завалил хаты, нас, технику. Мокрые и уставшие, с трудом вытаскивая ноги из смеси грязи и снега, мы  на краю деревни увидели немецкую  землянку, ввалились в нее. В землянке было тепло от не успевшей остыть печи. Мы выставили дозор, дежурного топить печь и повалились спать. Но уснули дежурный с дозорным.
     Утром пришёл командир и видит: у входа немецкая радиостанция, среди наших шинелей на вешалке немецкая шинель, а  среди спящих вповалку наших бойцов один немец. Как оказалось, немец-связист был на задании и глубокой ночью с трудом нашёл деревню и свою землянку, растолкал  спящих,  втиснулся в середину и заснул мертвым сном.
     В общем, «язык» пришел к нам на своих двоих. 
    В Латвии  2-ой Прибалтийский фронт успешно наступал. Успевали только догонять немцев, но сюрпризы все же случались. Под Ригой дело было. Колонна танков остановилась у речки.      Речка небольшая, берега высоковатые, а мостик  взорван. Стоять нельзя, вдруг это ловушка. Танки рассредоточились по леску, под укрытием кустов. Вдали деревня, поле, огороды. Нужна разведка и связь. Залегли и стали наблюдать. Один телефонист тут, другой с катушкой ушёл вперед. Вдруг - миномётный огонь. Комбат требует связь, а ее нет. Наверное, порыв. Держась за провод, уходит второй телефонист. Связи нет. Приходит связист в крови, в щепках, в земле. Не дошёл. Комбат посмотрел на Андрея, и тот понял: идти ему.
    Берёт провод в руки - и вперед. Обрыва не нашёл, зато усмотрел, где укрылся первый телефонист. Совсем маленький домик в стороне деревни. Забегает внутрь. Связист кричит в трубку, связи нет. Андрей мгновенно оценил ситуацию. Штырь от клеммы «земля» был воткнут  в цветочный горшок  с землёй. Вот она  учёба «взлёт – посадка». Андрей выбил окно и воткнул штырь в землю. Связь заработала.
    Немцы действительно готовились к бою. Наши танки успели развернуться и встретить их таким  огнем, что обеспечили себе проход вдоль всего берега. Вовремя немцев встретили: это были автоматчики и фаустпатронщики, которые пробивали броню танков. Танкисты их  опасались. Ловушки не получилось. Из-за своевременной связи немцев упредили.
    За эту свою «работу», как говорит Андрей Андреевич, он получил медаль «За отвагу». Есть у него ещё одна - «За победу над Германией» и много юбилейных медалей. Служба для Андрея Дегтярёва не закончилась в 45-м году. Она продолжалась ещё пятилетку, только в 50-м (счастье-то какое!), живёхонький, он обнял свою маму. 
   Короткий отдых, учёба в школе электровозных машинистов,  женитьба. Долго и тяжело  налаживалось хозяйство страны, личная жизнь. Вначале Андрей Андреевич работал на ремонте паровозов, а  по окончании электрификации  омского участка железной дороги сел в кабину электровоза.         
    На всей железной дороге нет и не может быть профессии более уважаемой и сложной. Она вбирает в себя всё: хорошую память, прочные знания, мгновенную реакцию, внутреннюю собранность, исключительную ответственность, наконец, отменное здоровье.
    Кто он? Тракторист, военный связист, железнодорожник? Смело может праздновать связанные с этими профессиями праздники. И уж тем более -  День военного связиста, отмечаемый ежегодно 20 октября. В Можайске, в центре у Вечного огня стоит первый в России памятник в честь военных связистов. На небольшом постаменте в кольце - звезда и военные знаки отличия – крылья и молнии. Это в честь связистов - погибших и живых. Это в вашу честь, Андрей Андреевич!

 

Комментарии (0)

Чтобы оставить комментарий, вам необходимо зарегистрироваться, или войти в систему: