+7 (913) 613 59 62

Войти
Регистрация

Концепция музея разработана Центром социального развития "Благолетие"
Сайт музея создан благодаря финансированию Омского областного общественного фонда поддержки работников правоохранительных органов "ЩИТ", на средства победителя городского конкурса социальных проектов 2012 г.
На стендах музея «Книга жизни» Вы имеете уникальную возможность  поведать потомкам о своей жизни, о родных и близких людях, друзьях, коллективах и организациях. Сделать это несложно. Было бы желание, мы вам поможем.

Подробнее о музее

Брылёв Михаил Степанович

13.03.2015

















 
Брылёв Михаил Степанович

 

СПАСАЛ СУРОВЫЙ БРЯНСКИЙ ЛЕС

 
Семья Брылевых в дово­енное время жила в Брянской области вблизи гра­ницы с Белоруссией. В то вре­мя, конечно, никакой границы не было. Из шестерых детей с матерью жили трое, старшие уезжали на заработки. Отца семейства на ту пору в живых уже не было. Он - участник пер­вой мировой войны, был в пле­ну, а после возвращения забо­лел и умер.
 
- Война до нас добралась быстро. Сначала пролетели самолеты, а вскоре появились и немцы. Но у нас в деревне они надолго не задержались, - вспо­минал Михаил Степанович Брылев. - Но через два дня в деревне уже нельзя было най­ти ни свиньи, ни курицы. Все перерезали, переварили, при­чем все это делали сами. А за­тем ушли, оставив в деревне полицаев, ни одного нашего деревенского среди них не было. Разобрали школу, сдела­ли блиндажи, и там они жили.
 
Жителям было приказано разобрать по домам колхозных лошадей, но назвать этот посту­пок немцев благородным было нельзя. Сделано это было для того, чтобы землю на лошадях пахали, сеяли, убирали, а зер­но забирали немцы. Нам дос­тавалось только то, что успева­ли спрятать. Ночью мы дома не оставались, свет зажигать было нельзя, деревня была на от­крытой местности, и все боя­лись бомбежек. Мы разобрали сарай и возле речки под высо­ким берегом вырыли яму и обо­рудовали тоже что-то вроде блиндажа, там и ночевали. Так делали многие.
 
Утром возвращались в дома, где не было ни хлеба, ни соли, ни спичек. Пытались вы­сечь искру, и если из какой тру­бы шел дым, все спешили в этот дом за угольком, чтобы раз­жечь огонь у себя, отогреться и сварить какую-нибудь похлебку.
 
Вплотную к деревне Пере­лады леса не подступали, но чуть поодаль с одной стороны начинались брянские леса, с другой - белорусские. И там, и там были партизаны. Конечно же, оставшиеся в деревне под­держивали с ними связь, в том числе и Брылевы.
 
- Кто с партизанами не ушел, помогали им продуктами, хотя в основном это была картошка, летом - что-то с огорода. Помо­гали и другим способом. Наш дом, например, стоял на окраи­не, недалеко от леса, и перио­дически партизаны притаскива­ли к нам сани, а Николай, стар­ший брат, ремонтировал. На­шелся кто-то, донес в район нем­цам, и его арестовали, а потом угнали в Германию. Его забрали днем, мы в это время были в поле, а вечером соседка сказа­ла матери, что в списке есть я и сестра. Поэтому ночью мы с матерью ушли к партизанам, -рассказывал М. С. Брылев.
 
Ушли к партизанам - это еще не означало, что ушли воевать. В лесах организовывались посе­ления, в которых были в основ­ном старики и дети. Приходили сюда с лошадьми, коровами.
- Такого народа в брянских лесах было много. Мы жили под защитой партизан, они уходили от нас далеко, приказывая лиш­ний раз из леса не высовывать­ся, особенно днем. А ночью мы все же ходили в деревни за продуктами и для себя, и для партизан. Интересный случай был со мной в один из таких походов, - вспоминал Михаил Степанович. - Пошел я за про­дуктами к тетке своей, она жила недалеко от речки. За мной дверь закрыли, и вдруг через какое-то время кто-то постучал. Думали - уж не немцы ли? .От­крыли, в дверях - красноарме­ец, весь мокрый, рука перевя­зана. Он рассказал, что был на другом берегу, прятался в де­ревне от немцев. Одна бабка подсказала, как можно убе­жать. Говорит, их было двое, одного убили. Вместе со мной он ушел в лес, а потом к парти­занам. И вот уже после войны, когда я смотрел фильм «Под­польный обком действует», уви­дел там очень похожий эпизод. Таким образом попал к парти­занам лейтенант Рваный. Интересно то, что в фильме на­зываются близлежащие к нашей деревни Старая Ковалевка, Но­вая Ковалевка и Каменка. Кто его знает, кто этот солдат был, что с ним дальше стало?
 
С красноармейцами жите­лям этой деревни пришлось встречаться и в начале войны. Колоннами направлялись они в сторону Могилева, там шли бои. Заходили в дома, их кор­мили, кто чем мог. Солдаты ос­тавляли свои домашние адре­са, просили после войны сооб­щить родственникам, что они здесь были. Много среди них было сибиряков. Адреса оста­лись в доме. А когда в 43-м Брылевы вернулись в деревню, дома не было. Немцы сожгли жилье всех, кто ушел в лес. При­шлось ютиться в маленькой избушке вместе со всеми че­тырьмя сестрами, да еще у дво­их были дети. Мужья были на фронте, одному вернуться было не суждено. Но,' как говорится, в тесноте, да не в обиде, дотянули до весны, а там из амбара четырнадцатилетний Михаил построил небольшой дом.
 
Вернулся домой и старший брат, Николай. В военные годы ему пришлось ухаживать за сви­ньями в немецкой семье. По его рассказам, и жили рядом со свиньями, и питались тем же. Пытался с напарником бежать, догоняли и за побег избивали. Освободили его и таких же ра­ботников американцы. Всех по­садили на судно и отправили в Россию. Но корабль немцы по­дорвали. Николай и еще два парня сорвали дверь и держа­лись за нее, чтобы не утонуть. Выплыли, но опять попали к американцам. Были настолько истощены, что американцы ре­шили их немного откормить, а потом уж отправить домой.
 
Жены Михаила Степанови­ча, Ольги Григорьевны, уже нет в живых. Ей тоже было бы что рассказать о жизни в оккупа­ции. Приходилось так же пря­таться в лесу, рыть окопы под бомбежками. В военные годы умерли ее родители, на фрон­те погибли два брата.
 
Нашли они друг друга в Ле­нинградской области, куда уехали брат и сестры, а потом забрали и мать. Деревня их была небольшая, а поделена на три колхоза. Земли было мало, работы на всех не хватало, вот и уехали. Потом по путевке при­ехали в Омск строить нефтеза­вод, а в шестидесятом уже со старшим сыном переехали в Сорочино. Здесь у них родились четверо детей. Теперь уже у всех свои семьи, дети, и все живут на территории Сорочинского сельского поселения.
 
Михаил Степанович работал сантехником, трактористом, комбайнером.
- Мне больше всех мест по­нравилось жить в Сорочино, потому что здесь работы было много, сидеть некогда было. Сначала нам дали пустую не­большую квартиру, потом камы­шитовый дом, а лет двадцать прожили уже в этой трехкомнат­ной квартире. Газ провел, теп­ло. Жалко, что один, жены уже три года нет. Дети приходят, вну­ки, с телевизором «дружу». Из нашей семьи сейчас в живых остался я один. Сказались на здоровье те трудные годы, - счи­тает Михаил Степанович. - Од­ного хочу, чтобы мои дети и вну­ки никогда не знали, что такое голод, никогда чтобы им яма в лесу не заменяла теплую по­стель. Пусть только по книгам они знают слово «оккупация».
 
Валентина КАПУСТИНА.
 
Фото Михаила ОЛЕНИНА.

 

Комментарии (0)

Чтобы оставить комментарий, вам необходимо зарегистрироваться, или войти в систему: