+7 (913) 613 59 62

Войти
Регистрация

Концепция музея разработана Центром социального развития "Благолетие"
Сайт музея создан благодаря финансированию Омского областного общественного фонда поддержки работников правоохранительных органов "ЩИТ", на средства победителя городского конкурса социальных проектов 2012 г.
На стендах музея «Книга жизни» Вы имеете уникальную возможность  поведать потомкам о своей жизни, о родных и близких людях, друзьях, коллективах и организациях. Сделать это несложно. Было бы желание, мы вам поможем.

Подробнее о музее

Борсуковский Борис Александрович

10.02.2018









 

 

ГОРОДОК ВЕТЕРАНОВ

    (Жизненная фантазия)    

 
Кому он нужен...

Гостья

Владимир Андреевич

День рождения

Клуб мудрецов

Полгода спустя

Ещё два года

Эпилог

Отзывы

 

Кому он нужен…


Утро, половина седьмого. Привычка рано вставать сформировалась всей её жизнью, в которой не наберётся и десятка дней, когда могла бы понежиться хотя бы на час больше. Сон ускользнул, да и вечером вернётся не сразу, будет нудно томить многочасовым ожиданием своего мимолётного появления. Лежать с открытыми глазами и бороться с привычно нахлынувшим роем мыслей, не хотелось. Когда руки заняты делом, они ослабевают, давая головушке некоторое успокоение. Всё же несколько часов сна за ночь вырвано, пора подниматься. Спешить некуда, но не смотреть же бессмысленно в окно.  
           
Прибрала постель, умылась. Есть не хотелось, но надо же с чего-то начать день. Лёгкий завтрак занял несколько минут. Очередная мысль, что сегодня приедут дочь и внуки, подсказала, что нужно приготовить обед. И пока варится их любимый борщ, расскажу о героине моего повествования.
           
Анне Михайловне, в прошлом учителю начальных классов, в этом году исполнился восемьдесят второй год, из которых, почти шестьдесят лет, она прожила в своём небольшом доме на окраине большого города. Дом строили вместе с мужем, фронтовиком, с которым повстречались на работе после его демобилизации. Им выписали несколько кубометров старых шпал, а остальное доставайте сами. Анне повезло, что у мужа были золотые руки – он и плотник, он и столяр. Да и она привычна ко всякой работе – деревенское детство и трудовая армия многому научили. Так и строили дом сами. Родились дети: дочь и сын, выросли, выучились, живут своими семьями. Муж нелепо погиб, когда ему не было и пятидесяти лет. Она осталась одна, вдова. До пятидесяти лет преподавала в школе, но по состоянию здоровья, последствие трудовой армии, оформив инвалидность, вынуждена была уйти на пенсию. Лет десять была квартальной, отвечала за чистоту и порядок в большом квартале частного сектора города. Её знали, уважали, поощряли грамотами. Содержала дом, особенно свой кормилец – огородик. Свежие овощи, ягоды, яблоки – всё для детей и внуков. Некоторые излишки можно продать на рынке, всё какой-то прибыток. Шли годы, содержать дом становилось всё труднее. Дети, чем могли, помогали, но у них своя работа, семьи, не наездишься через весь город. Пришло время, когда половину огородика засадила картофелем. Да и остальное становилось в тяжесть. Стали болеть ноги, появилась дополнительная опора - палочка. Дети звали жить к себе, да как их стеснять, самим негде повернуться. Так и прожила почти половину жизни одна в состарившемся доме.
           
Недавно против её воли всё изменилось. Дочь от кого-то услышала, что в городе открыли благоустроенный городок для ветеранов, в котором всё предусмотрено для удобной жизни пожилых людей. Навела справки, побывала там и, рассказав об увиденном, предложила матери туда переехать. Не услышала её Анна Михайловна, отказалась. Конечно, несколько ночей не спала, размышляла. Ну как она оставит свой дом, привычное место, где её знают. Пусть не все уважают, но и в спину не скалятся. Разные люди вокруг. Бог им судья. Дом своими руками построен, здесь молодость прошла, здесь же и старость повстречала. Мужа отсюда хоронила, память о нём берегла. Детей вырастила, внуков встречала, пусть редко, но привозили правнуков. Всё здесь родное, каждый уголок ею обихожен, каждый кустик знаком. Соседи хорошие, жили рядом не один десяток лет. Бывало, что и ссорились, но до вражды никогда не доходило. Устанут женщины от домашних хлопот, сядут на скамеечку, которую сосед, Александр Иванович, соорудил у своего дома из толстого тополиного бревна, поговорят о чём-то и по домам, дела всегда найдутся. Как же всё оставить, уехать куда-то умирать. Уж лучше, сколько Бог даст, здесь доживать. Но тяжело быть одной. Зимой дважды в день топить печь. Сын наносит охапки дров, уложив их за печь, на растопку на неделю хватает, да несколько вёдер угля в сенцах поставит. Уж ведро и не поднимает, совочком уголёк засыпает в топку. Из колонки две фляги воды привезёт, да из колодца пару вёдер в бачок зальёт. Несколько лет назад соорудил канализационную яму, поэтому грязную воду не выносить, мусор в печи сгорит. В магазин почти не ходит, всё есть с запасом, хлеб и молочко можно попросить купить соседей, не откажут. Казалось бы, чего не жить. Но изматывает одиночество. Особенно зимой дни ожидания детей тянутся и тянутся, а мысли доводят до головной боли. Да старая болезнь прихватила, хорошо, что хоть в сентябре. На огородике всё убрано, а морозы ещё не наступили, поэтому печь топить не нужно. Несколько дней полежала в больнице, но какое от того облегчение. Больница далеко, а нужно ставить уколы. Хорошо, что недалеко живёт знакомая медсестра, приходит за небольшую плату.

Дочь настаивала на переезде в городок. Разумных доводов было много, надо бы соглашаться, но на кого оставить дом. О его продаже не могло быть и речи. А тут ещё и сын стал  работать вахтами на севере. Семью надо содержать, а с работой в городе плохо, даже при его инженерной специальности. Всё собралось в кучу, на что решиться. Очень трудно жить одной, а дальше будет хуже. Решили, что в дом переедет жить внучка, всё же родная душа, не в чужие руки отдавать двор. А там будь, что будет, выбора нет. Как дети занимались устройством и переездом в Городок Анна Михайловна не знает. Пусть решают сами, ей уже всё безразлично, лишь бы им было хорошо.

Наступил день переезда. На душе пустота, как и в родном доме. Жизнь здесь прожила, а что нажила? Шифоньер, комод, буфет, тумбу, письменный стол, этажерку – сделал покойный муж. Из приобретённого: диван, раздвижной стол, стулья и телевизор, да и приобретено всё после него. Отцовскую мебель дочь заберёт на дачу, а диван, стол и телевизор отвезут в её новую квартиру. Вот и опустел дом. Успокаивает, что приедет внучка, обставит по-своему, и начнёт дом новую жизнь.

Уже год Анна Михайловна живёт в своей новой квартирке. Одна комната, в которой разместилась её нехитрая мебель. Добавились кровать и небольшой шифоньер. Диван для гостей. Никаких излишеств. Провели телефон, которого раньше у неё не было. Кухня с газовой плитой, небольшим холодильником, столом, буфетом для посуды и окном на реку. Туалет совмещён с душем. В коридорчике вешалка для одежды. Вот и вся квартира общей площадью в двадцать пять квадратных метров. Но для одного человека и этого вполне достаточно.

Борщ варится в последней стадии – томление. Огонь горелки выставлен на минимальный режим, чтобы борщ не кипел, но и не остывал. Конечно, это не на печи, где точно знаешь место плиты для завершающего этапа доведения борща до состояния готовности, но опыт-то никуда не денешь. Через полчаса он настоится и наберёт свой вкус. Вчера напекла плюшек и булочек с начинкой из яблок, уж очень внуки их любят. Надо им поровну домой передать. Проверила запас конфет и печенья для детей, показалось, что маловато. Но это не беда – магазин на первом этаже дома.

Девятиэтажный дом имеет два крыла, распущенных вдоль реки. В его середине находятся два пассажирских лифта и один грузовой. Задержек, чтобы подняться или спуститься на нужный этаж не бывает. Вдоль длинного коридора, застеленного мягким покрытием, с обеих сторон расположены квартиры «горожан». Покрытие ежедневно чистится пылесосом, и раз в месяц моется специальной машиной. На первом этаже разместились: столовая, продуктовый и овощной магазины; прачечная, в которой установлено несколько стиральных машин и сушильные агрегаты; медпункт; тренажёрный зал; игровая комната для детей; комната для общения проживающих; комната отдыха для обслуживающего персонала. У входной двери расположен холл, выполненный в стиле природного ландшафта.

Зашла медсестра Верочка. Мило улыбаясь и весело разговаривая, померила давление, закапала глаза, проверила, все ли назначенные лекарства приняты, узнав, что приедут внуки, посоветовала совершить небольшую прогулку по парку, тем более что погода прекрасная, поцеловала в щёчку и побежала дальше к своим ветеранам. Её приходы, что лёгкое дуновение ветерка, мимолётно, но освежает тело и душу.

Обуздав своего «рысака», так Анна Михайловна называла верную тросточку, неспешно ступая по мягкому покрытию коридора, пошла к лифтам. Спустилась на первый этаж, поздоровалась с двумя – тремя соседками, зашла в магазинчик. Если раньше нужно было просить соседей купить молочко, то теперь сама выбирает из молочного ассортимента. Внуки обязательно попросят бабушкиных блинчиков. Не забыть купить немного творога и сметаны. Масло в холодильнике есть. Колбаску, сыр, овощи и фрукты привозит дочь. Вот и все покупки.
Дочь по телефону сообщила, что приедут через полчаса. Нужно успеть приготовить тесто для блинов, жарить будут позже, к обеду. Наконец, дверь раскрывается и на пороге старшая внучка с правнучкой на руках, за ней дочь с цветами, последним заходит младший внук с сумкой и пакетами. Поцелуи, объятия, освобождение правнучки от лишних одежд, небольшая суета распределения содержимого принесённых пакетов – всё это привычный, но милый русскому сердцу кипишь. Основное внимание правнучке, но Анна Михайловна не обижается и более всех хлопочет вокруг Машеньки, которая счастливо осматривает комнату и бестолково улыбающихся взрослых.

Через полчаса все занялись «своими делами». Машенька, сидя на коленях Анны Михайловны, под руководством мамы продолжала удивлять хозяйку новыми достижениями собственного развития, произнося новые звуки и демонстрируя два зубика. Дочь занялась блинами и сервировкой стола, принесёнными с собой салатами и овощами, внук устроился в кресле с планшетом, с которым, похоже, никогда не расстаётся – все при делах. При этом внучка успела собрать бельё для стирки и отнести его в прачечную. Часа через два дела переделаны: Машенька спит, чистое бельё проглажено и убрано в шифоньер, стол сервирован, можно обедать и идти на прогулку.

Внук остался дома, ссылаясь, что ему нужно подготовить реферат по физике, а женский коллектив, забрав оставленную внизу коляску Машеньки, не спеша идёт по дорожке парка. Пока они разговаривают о чём-то личном, есть возможность осмотреть территорию ветеранского городка.

Традиционно такие дома для престарелых создают на окраинах городов, огораживают забором, устраивают проходные, отделяя стариков от посторонних глаз. У зданий высаживают преимущественно хвойные деревья, разбивают клумбы с цветами, вокруг которых ставят скамеечки. Отдыхайте бабушки и дедушки, сколько кому судьбой отмерено, в тишине от городского шума и забот. Пешеходных тропинок почти нет, ходить некуда, да и некому с больными-то ногами.

Городок построен недалеко от центра города в непосредственной близости от жилых микрорайонов, расположенных на противоположной стороне реки. На этом месте ранее был заросший клёнами и местами берёзками парк, хотя он, скорее всего, только так назывался. Застраивающийся город обошёл это место, чтобы сохранить естественный зелёный массив от новых микрорайонов. Остаётся загадкой, кто и как сумел убедить руководство города в необходимости и возможности построить на этом месте городок ветеранов. Назовите это чудом, но Городок стоит, развивается, принимая всё больше пенсионеров, которые по разным причинам приняли, непростое решение оставить свои обжитые дома или квартиры. Пусть этим занимаются социальные службы, а мы посмотрим на то, что уже существует.
Территория Городка занимает несколько гектаров жилой и парковой зон. Если пройти по пешеходной дорожке вдоль декоративного металлического забора, то расстояние составит почти два километра, преодолеть которое ежедневно старается почти половина проживающих и гостей Городка. Через несколько десятков метров стоят удобные скамеечки и беседки для отдыха. На всём её протяжении посажены кустарники, а за ними вплотную прижалось несколько рядов  сосен, елей, берёз между которыми прячется осина. Впрочем, проходить все два километра не обязательно, можно свернуть на тропинки, ведущие к дому более коротким путём. По периметру территории стоят восемь двукрылых многоэтажных домов, три из которых развёрнуты вдоль реки. На уровне второго этажа они соединены стеклянными переходами, которые начинаются и заканчиваются у лифтов. В холодные и ненастные дни эти переходы для общения незаменимы. Центр Городка составляют: Православный храм, социальные и культурные объекты. На удалении от жилья расположен хозяйственный блок: производственные мастерские по дереву, гараж, склады для имущества и продуктов.

По одной из тропинок неспешно идут наши женщины. Подошли к беседке, пора отдохнуть и возвращаться. Анна Михайловна держится бодро, прошли метров четыреста, но на продолжительность этого состояния рассчитывать не приходится. День чудесный! Августовское солнышко прогрело воздух, кроны деревьев дают тень и прохладу. Чувствуется аромат листвы, хвои и цветов. Машенька, раскинув ручки, спит. Взрослые обсуждают насущные вопросы, один из которых, как помогать внучке во время занятий в университете. Ребёнок подрастает, с кем его оставлять на несколько часов. Конечно, прабабушка предлагает и свои услуги, что не исключается.

Домой вернулись в хорошем настроении. Машенька проснулась, сидит на руках мамы и пытается что-то лопотать. Внук уверяет, что реферат написал. Бабушки заняты приготовлением чаепития с оставшимися салатами и булочками. Так за разговорами незаметно пролетели шесть часов общения. Детям пора возвращаться домой. Такие праздничные заезды проходят раза два в месяц, но и тому радость.

Сын, если не в отъезде, приезжает, как правило, один. Побудет у неё полчаса и уходит на хозяйственный двор в мастерские. Он хороший столяр, а инженерная смекалка помогает придумывать различные композиции сказочных фигур и сооружений для оформления городских дворов, которое пользуется неплохим спросом. Заказы отличаются по содержанию, поэтому наличие оригинальной фантазии востребовано. Немало композиций, изготовленных в мастерской, украшают территорию Городка. В ней работает десять человек, шесть из них жители Городка. Для всех работа в мастерской это увлечение и существенный приработок.

Внучка, дочь сына, дорогой на работу почти через день на несколько минут заезжает к бабушке. Поцелует, скажет несколько ободряющих слов, спустится в магазин за продуктами. Спешит, чаю не всегда попьёт, чем огорчает Анну Михайловну, но та не обижается, привыкла – дела.

Притомилась Анна Михайловна, но усталость от дел, а не утомительных ожиданий. Сидеть в кресле у телевизора не любит, даже новости не смотрит, что толку от них. Лучше прилечь на пол часика, расслабив в тишине уставшее тело. Это покой усталости, но не беспокойство одиночества. До ночного отдыха ещё далеко. Не исключено, что могут заглянуть на чаёк соседи, поговорить, повспоминать. Сын через неделю вернётся с вахты, забот прибавится, но они не в тяжесть, а в материнскую необходимость.
Пока Анна Михайловна отдыхает, попробуем понять, что же изменилось в её жизни. Во-первых, она оставила свой постаревший домик на окраине города, содержать который сил не хватало. Память лет и событий препятствовала попыткам детей изменить условия проживания, а улучшить их в отчем доме было не под силу. К чести Анны Михайловны, она поняла сложность ситуации и приняла непростое решение. Сейчас живёт в небольшой, но полностью благоустроенной квартире среди людей своего возраста. По желанию и физическим возможностям жители могут обслуживать себя самостоятельно или воспользоваться услугами сотрудников Городка. Более половины из них, даже те, кому уже за восемьдесят лет, предпочитают выбор первого варианта. Для остальных на первом этаже расположена столовая. Готовят пищу на общей кухне, в термосах развозят в каждый дом. Тем, кому трудно спускаться, развозят питание по квартирам. Готовят неплохо и разнообразно. Всюду чистота и порядок.
Во-вторых, существенно улучшилось санитарное обслуживание. Медсёстры ежедневно делают обходы жителей. В городке есть небольшой медицинский пункт, где могут оказать первую помощь. Если больной нуждается в профессиональной медицинской услуге, то проводится его доставка к специалистам или госпитализация. На каждого жителя заведена личная карточка медицинского учёта.
В-третьих, человек в любом возрасте нуждается в комфортном для него общении.

Но об этом поговорим позже, так как внучка, возвращаясь с работы, домой, заехала к бабушке. Обняла, поцеловала, присела на диван. Устала. Целый день бумажки, квитанции, справки, отчёты – в глазах от них рябит.

- Бабуля, я прилягу на пятнадцать минут.

- Приляг, родная, - обрадованно хлопотала Анна Михайловна, - вот подушечка, давай тебя укрою.

- Не надо укрывать, разосплюсь.

- Поспи, поспи.

Внучка закрыла глаза и задремала. А хозяйка, полюбовавшись спящей любимицей, пошла на кухню, ставить чайник и готовить кушать. За хлопотами она не заметила, что ровно через пятнадцать минут внучка открыла глаза, но ещё пару минут не поднималась, нежась в тишине и покое.

- Да поспи ещё немного, - с мягким упрёком посоветовала Анна Михайловна, заметив, что внучка поднимается с дивана.

- Надо ехать. Дети дома одни. Нужно ужин приготовить.

- Хоть чайку попей, покушай.

- Хорошо. Я сегодня осталась без обеда.

Внучка ела борщ, а бабушка молча сидела рядом, любуясь ей и мечтая ещё хотя бы несколько минут удержать у себя. Попили чай с булочками, сложила несколько штук в пакет, гостинец от бабушки. Как они там? Две недели не приезжали. Тренировки, репетиции – даже в выходные нет покоя. Внучка понимая, о чём задумалась бабушка, пообещала, что послезавтра приедет с детьми.

- Бабуля, я поеду. Не скучай. Как у тебя хорошо! – были прощальные слова.

На душе Анны Михайловны было покойно. Сколько приятных событий за день. Сколько получила и передала внимания и ласки. День близился к концу.
 

Гостья


Утро следующего дня мало чем отличалось от вчерашнего. Попила чаю с оставшейся булочкой. Перечитала главу из книги о житие святой блаженной Матроны, которою выделяла из святых женщин и уважала. День был солнечный, теплый, решила пойти на прогулку. Встретила у дома соседку, пошли вместе. Вся прогулка заняла не более часа. Открывая дверь, услышала телефонный звонок. В трубке голос Людмилы Семёновны, которая сообщила, что часов в двенадцать приедет.

Людмила Семёновна живёт в однокомнатной кооперативной квартире, на противоположной стороне реки напротив Городка, которую купила лет сорок назад на свою зарплату учителя. Любила повторять, что за десять лет выплатила её стоимость, даже не заметив этого. Двенадцать рублей в месяц при заработной плате почти в двести рублей, при её стаже работы более двадцати лет, неплохой кредит для приобретения жилья. Хотя тогда о кредитах мало кто знал. Но главное не в том, чтобы накопить деньги на квартиру, купить могли многие. Проблема была в сложностях вступления в кооператив. Если у нуждающегося в улучшении жилищных условий в собственности был хоть какой-то разваливающийся домик, то во вступлении в кооператив отказывали. За работой семьёй не обзавелась, детей нет, только ученики почти десятка выпусков, но рядом осталось всего несколько человек, среди которых был сын Анны Михайловны. Не часто, ехать далеко, но Людмила Семёновна заезжала к ней ещё в старый дом, но когда Анна Михайловна переехала в городок, то встречи стали чаще. Работали в разных школах, но им было о чём поговорить, вспомнить, да и условия в Городке тому способствовали.

В молодости, да и в зрелом возрасте Людмила Семёновна была ярым спорщиком. Учитель литературы, она много читала, поэтому имела аргументы для сравнений жизни нескольких поколений и эпох. Любила русскую и зарубежную классику, но с недоверием относилась к советской литературе. Любимые поэты: Александр Пушкин и Сергей Есенин, нелюбимый - Владимир Маяковский. Много путешествовала с учениками, имела свою точку зрения объяснения окружающей жизни. В школе ученики побаивались её требовательности, но и уважали, было за что. Многие учителя завидовали отношению учащихся к ней, но что же мешало им целыми днями быть в школе. Их ответ прост как приговор - нет семейных забот. Уже пятнадцать лет на пенсии. Любимые ученики разъехались, разлетелись, обзавелись семьями, сами стали дедушками и бабушками. Звонков от них всё меньше, а приходят два – три из первых выпусков. Нередко телефон молчит весь день, приходится поднимать трубку, чтобы проверить – работает ли. Телефон исправен, но звонков нет. Не просто человеку, привыкшему к общению, переживать свалившийся на него вакуум, особенно учителю после того как ученики в один голос клялись в признательности и верности на всю жизнь. Озаботились…

Почти год назад Людмила Семёновна впервые побывала в Городке. Давно наблюдала, как на той стороне реки что-то строится. Ходили слухи, что это большой дом для престарелых людей, чуть ли не резервация для дожития. Это слово ей подсказала ученица: так в инструкциях чиновников называется этот этап жизни человека. Это же надо до такого уничижительного слова додуматься! Но возмущение прошло, сменившись на состояние апатии, так как поняла, что на самом деле давно не живёт той привычной активной жизнью, а доживает свою одинокую старость. В доме, в котором прожила сорок лет, из первых жильцов почти никого не осталось, да и те говорят только о своих болячках. У молодёжи свои дела, им не до стариков. Вот только забота о собачонке и кошечке скрашивают её одиночество. Они всегда рядом, не предадут, не сдадут в дом для «престарелых».

Неожиданный звонок Анны Михайловны. Известие, что она уже два месяца живёт в Городке, привело Людмилу Семёновну в состояние близкое к шоковому. Как могло случиться, что дети сдали мать в дом дожития? Ужасно! Володя давно не звонил. Она знала, что он на вахте, скоро вернётся. Слушала, как Анна Михайловна говорит, что ей здесь неплохо, привыкает, дочь с внуками чаще приходят, есть, где отдохнуть и с кем пообщаться, приглашала в гости. Разговаривали обо всём  не менее получаса. Удивление сменилось любопытством. Она знала, как Анна Михайловна дорожила своим домом, и вдруг такой крутой поворот жизни.

Через два дня, согласовав с Анной Михайловной время и место встречи, поехала в Городок. На проходной не потребовали предъявления документов, только уточнили к кому она идёт, подсказали, как пройти к дому.

- Всё же охраняют, - отметила Людмила Семёновна, - не так строго, хотя, конечно, охрана необходима.

На территории чисто, много деревьев и кустарников. Продолжающееся строительство не портило ландшафта. Мощёные плиткой дорожки соединяли между собой многоэтажные жилые здания. Поздняя осень наполнила воздух прохладой, но дождя не было. Вокруг много скамеечек и веранд для отдыха, но отдыхающих мало, так как Городок заселён пока наполовину.

Анна Михайловна встретила гостью у входа в дом. Показала первый этаж со всеми удобствами для проживающих, поднялись на третий этаж, прошли в квартиру хозяйки. Удивление, которое появилось у Людмилы Семёновны ещё у проходной, постепенно усиливалось, хотя она с ним привычно боролась. Чистота, удобства, флора – это, конечно, хорошо, но одиночество может преследовать и здесь. У неё тоже есть отдельная квартира, рядом живут люди, двор чистый, деревья они ещё в молодости сами посадили, две скамеечки поставлены, магазины рядом – чем не городок. Для Анны Михайловны жить в Городке значительно легче: тепло, вода, газ, тёплый туалет – желанные удобства. Хорошо, что рядом никуда не спешащие соседи твоего возраста. Но не говорить же с ними целыми днями о болезнях, которых достаточно у каждого. Другое дело приехать ненадолго в гости. Есть о чём поговорить, вспомнить. Людмила Семёновна пять лет учила, была классным руководителем, сына Анны Михайловны, так что тема разговоров была известна и доставляла удовольствие приятными воспоминаниями. Павел хорошо учился, спортсмен, активист, успешно окончил политехнический институт, талантливый инженер, хороший семьянин, первый выпуск Людмилы Семёновны, но главное, что он из тех трёх – четырёх учеников всех выпусков, которые её не оставили. За чаем и разговорами пролетели часа два. Гостья уже хотела собираться домой, как Анна Михайловна предложила подняться в сад.

Предложение подняться в сад, так как во дворе уже прохладно, было необычным, но не оговорилась же. Лифт поднял их на крышу здания. Десятый этаж предназначен для отдыха и общения. Стеклянный фасад на реку во весь этаж. В одном крыле здания расположен зимний сад. Его высота, для роста небольших деревьев, достигает пяти метров. Между декоративными кустарниками поставлены удобные скамеечки и кресла для отдыхающих. В середине зала небольшой музыкальный фонтан в форме водопада.

Такого набора условий для отдыха Людмила Семёновна увидеть, даже представить не ожидала. Стеклянная стена с высоты птичьего полёта открывала вид на реку и город на противоположном берегу. Причём вид не из окна, в которое нужно выглядывать, а рассматривать панораму широкого обзора пространства. Это два существенно отличающиеся друг от друга вида с огромным преимуществом последнего. Людмила Семёновна уже несколько минут рассматривала набережную, которую с этой стороны видела впервые, нашла свой дом, окна квартиры не выходят на реку, так что, живя у реки почти её не видит. Вспомнила, как гуляла со своими выпускниками по набережной, фотографировались, смеялись, дурачились. Где вы теперь? Анна Михайловна смотрела на задумчивое лицо своей гостьи, стараясь своим присутствием её не тревожить. 

Присев в кресло, рассматривала сад. Уже то, что осень своей прохладой заставила растения сбросить листву, а цветы увядать, но здесь всё зеленено и украшено мягким разноцветием, создавало состояние покоя и грустной радости. Огромный зал освещён мягким светом ламп, казалось, что тёплый воздух исходит от сохранившейся летней красоты природы, тихая музыка заполняла всё пространство. Несколько десятков мягких диванчиков и кресел, расставленных по всей площади сада, почти полностью заняты отдыхающими. Одни дремали, другие негромко беседовали, третьи задумчиво смотрели на панораму реки и города и думали о чём-то своём. Присутствие людей ничуть не мешало им, скорее, создавало ощущение общности, духовного единения, которого так часто не хватает старикам.  

Такого райского сада в её доме нет. Впереди долгая и нудная зима. Чтобы выйти в магазин нужно натягивать на себя тёплые одежды, париться в магазине. Вернувшись, все одежды с себя стаскивать. Потом день сидеть на диване со своими верными животными, смотреть пустые телевизионные программы и ждать редких телефонных звонков.

В другом крыле здания зал для любителей пообщаться за чашкой чай. Вдоль витража расставлены столики и вдоль них мягкие сиденья. Столики можно отделить друг от друга невысокими передвижными перегородками, создавая персональную зону общения. У противоположной стены расположены шкафчики с ячейками для хранения персональных чайных принадлежностей. Рядом небольшая кухня с электрической плитой, микроволновками, тэном для кипятка, раковиной.

Попрощались. Анна Михайловна приглашала приезжать в любое время. Присутствие гостей в Городке не ограничивалось, можно даже оставаться ночевать. Скепсис, с которым Людмила Семёновна вошла в Городок, был потревожен, но не исчез. Конечно, здесь красиво, продуманы удобства для пожилых людей, один сад чего стоит, организовано медицинское наблюдение, оказание первой помощи, но не есть ли это условием более комфортного дожития. Кому нужны эти старики? Почти все жители Городка имели свои дома, квартиры, семьи. Есть дети и внуки, но предпочитают жить отдельно, что не соответствует русским традициям, где семьи детей проживают в своих домах, но всё же рядом. Отделившись, они не оставляли стариков, брали в свои семьи не ради какого-то дополнительного прибытка, а потому что родители. Хотя и здесь не всё так гладко, но какой-то смысл своей жизни старики ощущали, они оставались в семье, присматривали за внуками.

Условия современной жизни, её динамика и ритм существенно изменились. Выбери, в какой семье детей жить, когда одни уехали в один город, другие за тысячи километров в другой. Работа отнимает не так уж много физических сил, но забирает много времени и нервов, да и денег всегда не хватает. Это раньше воспитанием внуков занимались старики, а теперь опыта и знаний стариков явно недостаточно для общения с юными акселератами. Вот чувствуют нередко современные старики со средним и высшим образованием себя как не в своей тарелке. Убрать в квартире, приготовить обед они могут, но вот поговорить не с кем, душу излить, заявить о своих мыслях, которых в избытке.
 

Владимир Андреевич


Несколько раз, преодолев чувство неудобства перед Анной Михайловной, приезжала в Городок. Отдыхали в зимнем саду, пили чай, беседовали. К ним подсаживались другие проживающие, обсуждали разные темы. Однажды сосед по этажу, извинившись, попросил разрешение присоединиться к беседе. Возражения не последовало.

- Владимир Андреевич, - представился мужчина, - учитель истории, директор школы. Я слышал ваш разговор и понял, что вы учителя, а сейчас любимая всеми шутка, что бывших учителей, как врачей и прочих специалистов не бывает.

- Бывает, - привычно возразила Людмила Семёновна, - как бывших, так и забытых. Вы как здесь оказались?

- Это грустная история, - после некоторой паузы ответил Владимир Андреевич. - Была семья, работа, почёт, полагаю, что и уважение, но наш мир не отличается постоянством. Восемь лет назад погибла жена, на переходе у театра её сбила машина, пьяный водитель. Мы прожили с ней душа в душу почти сорок лет. Я её не только любил, но и уважал. Пытался заглушить горе работой, но не получалось. Сочувствующие взгляды и вздохи разрывали душу и сознание. Ушёл на пенсию, что считаю большой ошибкой. Наш единственный сын живёт и работает в Москве. Часто звонит, приезжает на несколько дней раза два в год, уговаривает переехать к нему. Но в семье у него не всё гладко. Что там буду делать? Лет до семидесяти старался себя занять делами: работал на даче, приходили коллеги из школы и бывшие ученики. Но навалились болезни, дачу оставил, разговоры с учителями о школе были безрадостными – засыпали отчётами, воспитательную работа сведена к минимуму. Постепенно учителя, с которыми работал, из школы ушли, а новенькие обо мне уже не знали. Извините, что разоткровенничался, наболело.

- Ничего, продолжайте, - отозвалась Анна Михайловна.

- О чём говорить, - получив поддержку, закончил своё повествование Владимир Андреевич. - Я считал себя сильной личностью, но одиночество страшнее болезней. Бессмысленно слонялся по своей трёх комнатной квартире, пытался читать, смотреть телевизор, но зачем мне всё это. Как и большинство мужиков, в подобной ситуации, стал заглядывать в рюмку, но облегчение не наступало. Часами бессмысленно смотрел в окно и чувствовал, что схожу с ума. Спасибо моему завучу школы, он меня понял, помог собрать документы и устроил сюда. За полгода стал постепенно приходить себя, вот и к вам пристал.

Исповедь Владимир Андреевич не отличалась оригинальностью, подобных историй здесь можно услышать от каждого второго. От него исходило желание, которое старательно сдерживал, - выговориться, тем более коллегам по профессии. Сделал нерешительное движение удалиться, но женщины остановили его, предложив остаться. Тогда никто и не предполагал, что встречи будут иметь продолжения, а беседы станут всё интереснее и полезнее. Общение двоих – это времяпровождение, беседа троих – обсуждение. К ним прислушивались, преодолев стеснение, присоединялись к разговору. Так через три месяца встреч организовался клуб общения. Неформальным руководителем клуба стал Владимир Андреевич. Собирались два – три раза в месяц в комнате на первом этаже. Состав клуба постоянно менялся, но постепенно образовался некий костяк. И если на первые встречи приходили послушать и поговорить, то постепенно они оформлялись тематическим содержанием. Приходили, кому ещё нет семидесяти лет, до тех, кому далеко за восемьдесят.

Однажды Владимир Андреевич произнёс фразу, которая позже стала девизом для жителей Городка и даже вышла за его пределы. В пылу рассуждений заявил: «Человек живёт до тех пор, пока он кому-то нужен». Эта мысль не была сразу оценена по достоинству, кто-то даже поспешил её опровергнуть: «Да кому мы нужны, лишние заботы». Только сейчас начал осознавать смысл своего неожиданного высказывания, глубина которого заключалась в том, что в жизни человек должен постоянно ощущать востребованность для кого-то или чего-то. Вроде всё в Городке есть: хорошие условия для проживания, организовано медицинское наблюдение, созданы условия для отдыха и общения, но почему же не оставляет коварная мысль, что всё это предназначено им за прошлые заслуги или соответствующую оплату удобного дожития? Может быть, так оно и должно быть, в этом и есть забота о пожилом поколении? Учился, трудился, защищал, познавал – когда-то должен же наступить заслуженный отдых. Старость тому наилучшее условие, других уже просто не будет. Ты свободен! Живи и радуйся. Правда для большинства стариков для радости не хватает возможностей: маленькая пенсия; условия проживания времён середины двадцатого века без необходимых удобств; одиночество среди детей и внуков, если рядом не живут такие же старики. В Городке эти недостатки преодолены, чего ещё не хватает, живи спокойно и радуйся тому, что ещё живёшь. Какую ещё востребованность придумал? Ты её уже пережил – получи персональную награду или компенсацию. К старикам постоянно приходят дети, внуки. Пусть не ко всем, но у каждого своя жизнь, может быть, сам не позаботился о тихой старости или так сложилась судьба. Живи и не превращай грусть в раздражение и обиду. Но что же сводило его с ума? Всё вроде бы есть: большая благоустроенная квартира, пенсия, заботливый сын, воспоминания о любимой работе, больница, где лечили накопившиеся болезни, приглашения на какие-то праздники с концертом и скромным застольем – это и есть неизбежная старость.

Тем временем беседа продолжалась.

- Я в раю живу, - утверждала Валентина Никифоровна, детский врач-педиатр, - отдыхаю, читаю, пишу стихи, гуляю, хожу в гости, принимаю их у себя. С ужасом вспоминаю работу: две ставки, нервные мамаши. Детей своих не видела, пахала, чтобы прокормить, одеть, выучить. А что получала – быть постоянно кому-то обязанной? Дети не часто, но приезжают ко мне. Им забот кроме меня хватает, крутятся, как и я крутилась. Много ли мне нужно. Только не сидеть в комнате одной у телевизора. Люблю общение, прогулки, праздники. Я нужна только себе. И хорошо, что живу отдельно от детей.

- Жизнь одна, - поддержала моложавая вдова лет шестидесяти. – Что мы видели в ней: сплошные заботы и работа. Детям помогай, с внуками водись, на даче возись – всем только дай. Вот оставила им всё, пусть сами управляются, а я ещё для себя хочу пожить.

- Ну и как, получается? – иронично поинтересовался мужчина преклонного возраста.

- Представьте, да! – последовал ответ с нотками вызова в голосе.

- Мы все разные, - прервал молчание Владимир Андреевич, - давайте не будем судить других своими привычками. То как я сейчас живу, лет сорок или тридцать назад возмущало бы мою энергию. Что сравнивать – возраст своё берёт, но и жить бесцельно уже не хочется. Имею силы и желание размышлять, оценивать какие-то ситуации, делать выводы. Неужели эти способности останутся никому не нужными? Для чего встречаемся, только ли для того, чтобы поболтать, занять себя на часок другой? Разум, скорее всего, с таким выводом согласится, но есть же душа, она ищет не столько удовольствий, сколько удовлетворения.

- О каком удовлетворении вы говорите, - возразила Людмила Семёновна, которая уже не раз участвовала в этих посиделках. – Удовлетворение было лет тридцать назад, когда была работа, за которой некогда подумать о личной жизни, а зря. Где наши любимые ученики, ожидаемая от них благодарность? Обучить сотни детей и остаться одинокими. Меня не интересует будущая жизнь потомков, я хочу пожить сейчас, но не для светлого будущего, которое мы строили, но так не увидим. Что-то доброе уже сделали? На сколько лет для него хватит запаса наших дел и памяти о нас, на год, десять лет, одно или два поколения? В будущем нас нет, тогда нужно жить сегодня.

- Милые дамы, - подвёл итог Владимир Андреевич, - условия для проживания здесь великолепные – много ли нужно для одинокого пожилого человека. Кто-то начал писать стихи, прозу, играет в спектаклях нашего театра, поёт в хоре, КВНа только не хватает. Другие мирно живут, отдыхают, встречаются с соседями, гуляют по парку, приходят на многочисленные праздники, которыми нас развлекают. Каждый сам, согласно имеющимся условиям, определяет темп и смысл своей жизни. Что в этом плохого? Чем больше условий, тем лучше выбор. Есть они в Городке, чтобы прервать одиночество, бесцельность старости. Не для этого ли встречаемся? У каждого есть большой профессиональный опыт и знания, кто-то дожил до состояния мудрости. И не будем обманывать себя, утверждая, что пропало желание использовать их для кого-то или применять для чего-то. Была бы в этом потребность общества, появился запрос на нашу активность. Уверен, милые дамы, что не усидели бы вы у телевизоров и в зимнем саду, а с удовольствием, без принуждения от других людей, искали в чём-то применение своему опыту.

Подошло время обеда, пора заканчивать нашу встречу, но, полагаю, не разговор на эту тему. Подумаем над ней, а через неделю продолжим обсуждение. До свидания!

Анна Михайловна внимательно слушала, но не участвовала в разговоре, так как однозначности суждения у неё не было, да и не привыкла она к подобным беседам. В кругу её общения люди не ломали головы о проблемах старости, говорили всё более о насущном, не заглядывая далеко в будущее, все вопросы решались по мере их поступления. Если они были неразрешимы или решение сложным и непосильным, то пусть будет, как будет. Все так живут. Что думать, как занять себя в старости? Думай не думай, а жить надо. Самое страшное, что в ней ожидает – это бессилие и одиночество. Спасибо детям, что они сумели её избавить от этой напасти, хорошо ей в Городке, чего ещё желать. А живёт или доживает - не имеет большого значения. День спокойно прожит, ну и ладно. Послушать о чём люди говорят интересно, хотя если бы не Людмила Семёновна вряд ли пошла туда. Что спорить старикам о смысле старости, тем более на краю могилы.

Людмила Семёновна о споре, как о чём-то мимолётном, на два дня забыла. На третий же случайно о нём вспомнила, пытаясь восстановить в памяти доводы Владимира Андреевича. О чём говорили женщины и она сама, ей было не интересно. В его суждении, что жизнь определяется востребованным служением для других, была заложена какая-то тревожная мудрость. Разве её жизнь не была востребована? Зачем днями проводила в школе, даже в свои выходные? Коллеги над ней посмеивались, по дружески, называли сумасшедшей, за глаза объясняя её рвение тем, что своей семьи нет. В чём-то они были правы, но почему забывали, что есть ещё ответственность, долг перед учениками, желание им помогать познавать этот непростой мир, ожидание успехов и гордость за результаты. Не думала об этом, просто так привычно жила. Звания, награды её обошли, кроме обязательной по возрасту медали «Ветеран труда». Были завистники, но, обладая твёрдым характером, умела защищаться и защищать, хотя по ночам, как любую женщину слёзы обиды нередко отнимали сон.

Но может быть, эта ответственность определялась условиями работы? Ушла на пенсию, проработав лишних одиннадцать лет, предоставлена сама себе. Денег хватает только на скромное проживание, граничащее с выживанием. Через десять лет в любимой школе о ней почти забыли, а через пятнадцать там всё изменилось настолько, что самой заходить не хочется. Раз в пять лет о ней вспоминают её выпускники, устраивают весёлые посиделки, пикники на природе, говорят приятные слова благодарности, клянутся в верности, мечтают о продолжении встреч и пропадают. Появляются новые и всё повторяется. Это и есть жизнь с её заботами, желаниями, возможностями, признательностью и потерянностью.

Но тогда в чём корень такого зла как одиночество? Семьи не было, сама виновата, но всегда в кругу молодёжи с занятостью превышающей всякие нормы, оправдывающую свободу от семьи. Была настоящая любовь, ожидание, надежда, но не случилось. Его, по окончанию военного училища, распределили в далёкий город, она не решилась оставить одинокую мать, остались только воспоминания и письма. Вниманием красивой девушки пытались завладеть другие «женихи», но ни один из них не смог вновь зажечь в ней угасшие чувства. Зерно будущего одиночества попало на благоприятную почву. Оно, прикрываемое свободой, стремлением к познанию мира и занятостью на работе, постепенно прорастало, но явного беспокойства не проявляло. Любила путешествовать, отдыхать, водила учеников в походы, возила по разным городам, показывала памятные места нашей Родины, готовилась к урокам, по ночам проверяла школьные сочинения и диктанты – время улетало стремительно и безвозвратно. На лице появились морщины – неприятный признак приближающейся старости. Реже стала заглядывать в зеркало. Кому она теперь нужна, кроме своих животных?

В чём может проявлять себя эта востребованность? Родни нет, подруги упокоились, соседи живут своей жизнью, пустые разговоры не любит, особенно про старческие болезни, из квартиры выходит только в магазины за продуктами – все признаки одиночества налицо. Хотя рядом три бывших ученика из первых выпусков, с десяток тех, кто может раз в год позвонить, да двое верных учеников из того же первого выпуска, проживающих в Питере. Но не заполняют они своими визитами, звонками, письмами навалившуюся пустоту и бесцельность жизни. Память сохраняет воспоминания тех лет, когда работа, занимала всю её. Неплохая память, сохранила умение рассуждать, планировать и действовать. Неужели она с огромным запасом знаний и опыта превратилась в бесполезный балласт для общества,  которому приходится выплачивать пособия размером ниже прожиточного минимума в ожидании окончания её дожития. В жизни встречается много нелепостей, но это полный маразм. Мучают ли воспоминания стареющих с ней животных или они живут сегодняшним днём? Человек от воспоминаний отстраниться не может, тогда почему человечество до сих пор не придумало и не создало условий от бессмысленности старости? Придуманное им оправдание, что много работал, теперь отдохни – просто чудовищно, превращая человека разумного в животное. Прав Владимир Андреевич, есть о чём подумать и, что обсуждать. Но состоялось оно только через месяц, так как Владимир Андреевич приболел и две недели пролежал в больнице. Встречи проводились каждую неделю, но Людмила Семёновна на них не приезжала.
 

День рождения


Позвонил Павел, сказал, что завтра в одиннадцать часов заедет за ней. Анна Михайловна приглашает на свой день рождения. Отказываться неудобно. Полдня готовила свой фирменный торт. Результатом была не очень довольна – последнее время почти не было практики. Но всё же лучше, чем явиться с пустыми руками. Павел, как всегда пунктуально, позвонил в дверь ровно в одиннадцать. По пути купили цветы и коробку конфет. Беспокоила мысль, что гостей будет много, как они разместятся в маленькой комнате.

Волнение было напрасно. Гости поднимались в зал десятого этажа. На сдвинутых столах были расставлены столовые приборы и холодные закуски. Анна Михайловна заранее заказала в столовой Городка ассортимент блюд, которые были доставлены на кухню зала. Пока под руководством дочери, работники столовой продолжали сервировать столы, гости отдыхали в зимнем саду.

Наконец, всё готово, все гости собрались, приглашают именинницу – праздник начался. Поздравления, пожелания, подарки, песни и танцы – всё имело место быть. Своими успехами радовали внуки, правнуки – присутствием. Администрация Городка преподнесла большой букет, зачитала поздравительный адрес и пожелала долгих лет жизни. Пришли с поздравлениями жители Городка во главе с Владимиром Андреевичем. У входа в зал вывешен яркий плакат с портретом именинницы и надписью: «Заходите к нам соседи, я вас чаем угощу!» Чая, сладостей, фруктов хватало на всех.

Незаметно и весело пролетели три часа. Решили выйти в парк: старшим отдохнуть в беседке, а детям побегать по пока ещё зелёной траве. Октябрь по-сибирски теплый месяц, день сегодня солнечный. Тропинки украшала опавшая листва, обнажившая красные гроздья рябины. Кустарники выставили напоказ яркие ягоды, осина нарядилась в свой багряный наряд. Уютно вокруг, спокойно, детские голоса только подчёркивают торжественную тишину природы.

День подходит к концу. Праздник завершён. Пора разъезжаться по домам. Дочь с большим трудом уговорила мать поехать к ним на пару дней. Владимир Андреевич напомнил Людмиле Семёновне, что через два дня клуб мудрецов проводит очередную встречу, и надеется на её участие. Володя отвёз свою учительницу домой. Там посидели ещё часа два за кофе, поговорили, вспомнили школу, свой выпуск, который состоялся сорок пять лет назад, а казалось, что только вчера. Людмила Семёновна попросила Павла собрать класс, тех, кто остался в городе. Через полгода к огромной для всех радости эта встреча состоялась.
 

Клуб мудрецов


В назначенные день в десять часов за «круглым столом» собралось человек двадцать, что вызвало некоторые сложности размещения. Пришли жители соседних домов, которые тоже заинтересовались подобными посиделками. Принесли дополнительные стулья, потеснились, сели. По предложению Владимира Андреевича встречи решили называть «Клубом мудрецов», так как обсуждения нередко заходят значительно дальше бытовых разговоров. Председателем клуба единогласно утвердили Владимира Андреевича. В его обязанности определили: ведение встреч, предложение тем обсуждений, подготовка публикаций итогов в газете Городка. Галина Петровна предложила называть встречи «клубом по интересам», чтобы названием не отпугивать желающих поучаствовать в беседах – интересно, приходи. После небольшого обсуждения решили оставить первое, так как интересны не только разговоры, но и суждения, а это уже признаки мудрости, которые проявляют себя при большом объёме знаний и жизненного опыта, присущих пожилому возрасту. Согласились с предложением следующие встречи проводить в верхнем зале за чаем.

- Я много думал о своём последнем замечании, о смысле старости, - начал Владимир Андреевич, - её предназначении в жизни человека. Она последний физически болезненный этап бытия каждого из нас, как бы это прискорбно не звучало.  Осознание неизбежности несколько смиряет это ожидание. Но это же сознание пытается дать оценку своей жизни, её смысла, назначения. Сидит ли в наших душах саднящей занозой мысль, что всё это райское великолепие не только благодарность народа за нашу жизнь и труд, но более комфортное условия для ожидания смерти. Она неизбежна, старость последний этап жизни. Будущее проживёт без нас – так было и так будет. Но всё же для чего мы жили: учились, упорно трудились, радовались, страдали, мечтали – для приятных воспоминаний? И это хорошо – вспомнили, порадовались или огорчились и покинули навечно этот мир, ушли в бесконечное небытие. Уверен, что кто-то возразит, что о нас будут помнить, но мы уже выяснили, что довольно не долго. Всю жизнь стремились приносить кому-то и чему-то пользу, так почему сейчас в ней отказывают, обозначив старость подлым, бессмысленным словом дожитие, наверно, желательно недолгим. Предлагаю сегодня обсудить вопросы: «Что такое старость? Когда она наступает? Почему природа или Бог её попустили? Может ли быть от неё польза?»

- Что здесь обсуждать, - откликнулась несговорчивая Валентина Никифоровна, - она вокруг нас, мы и есть старость. Вышла на пенсию, вот и старость началась.

- Получается, что старость начинается с момента ухода с работы и получения пенсии? – уточнил доцент Василий Яковлевич Хохряков.

- Почему же, старость определяется возрастом, - возразила Валентина Никифоровна, - начинается после шестидесяти лет.

- Позвольте внести уточнение, - обратился к председателю Василий Яковлевич. – Наука выделяет четыре вида старости: возрастная, физиологическая, психологическая и социальная. Полагаю, что важно дать небольшие пояснения о каждой из них. Возрастная старость определяется законодательством  государства – уходом на пенсию женщин и мужчин. Наш пенсионный возраст вы знаете. В других государством он отличается и может наступить в 60, 65 и 70 лет. Так что он довольно условный, зависит от трудоспособного состояния населения. Физиологическая старость зависит от степени изношенности организма. Он может быть активным и жизнеспособным и в 70 лет, и в 80, а то и старше, но быть разрушенным и в 40 – 50 лет. Физиология организма зависит от объективных так называемых биологических часов, с возрастом его определённые функции уменьшаются и даже утрачиваются, но в большей степени оно зависит от самого хозяина и условий жизнедеятельности. Если человек заботится о своём здоровье, сохраняет его, то физиологическая старость отступает на неопределённый срок. Разрушение здоровья – приближение физиологической старости, то есть немощности. Большое значение для человека имеет психологическое старение, связанное с возрастными изменениями психики. Порога у этой старости нет, её признаки могут появляться в любом возрасте, и зависят от психики самого человека. Ещё в юности прочитал, что старость наступает тогда, когда человек начинает ругать молодёжь, сравнивая особенности его молодости с поведением современной молодёжи, которые могут существенно изменяться условиями жизни. Привычное суждение вступает в конфликт с современной действительностью. Чем сильнее и чаще проявляются возрастные осуждения, тем быстрее наступает психологическая старость. И последняя, социальная старость. На протяжении жизни социальные видения и отношения между интересами человека и его окружением существенно меняются. Если с взрослым человеком общаться как с малым ребёнком, то он не примет такого общения, так как давно его перерос. Он более глубоко понимает свою значимость, иначе осознаёт отношения с людьми, свою роль в обществе. Ранние интересы и представления изменяются, многие из них утрачиваются. Старость наступает тогда, когда социальная активность уменьшается, интерес к жизненным событиям угасает.

Друзья мои, я был краток. Так о какой старости мы сейчас говорим? Если возрастная старость не зависит от нас, то остальные три развиваются усилиями по отношению к самим себе.

- Интересно, но зачем всё усложнять? - сделала вывод Валентина Никифоровна.

- Тогда зачем вы приходите? Интересное суждение всегда сложно обустроено, возразил Валерий Яковлевич.  

- Если я правильно понял, - вступил в разговор гость из соседнего дома, - то пожилой возраст имеет не одну, а четыре вида старости. Первая от нас не зависит, вторая и третья определяется возрастом и заботами о себе дорогом, своём здоровье и поддержанием состояния психического тонуса, то четвёртая
– это сохранение интереса к жизни, не только, сколько проживу, но и как. Физически мы ослабли, по-молодецки дурачиться вряд ли будем, воспринимаем мир в силу возраста и жизненного опыта, но пытаемся ли его понять, подсказать, предостеречь и направить? Мыслить то мы не разучились, кому-то наши соображения могут приносить пользу.

- Могут, если они хоть кого-то интересуют, - отозвалась Людмила Семёновна и продолжила. – Ученик моего первого выпуска, Павел, сын Анны Михайловны, уговорил меня записать воспоминания о своей жизни. Я долго не соглашалась, возражая, что они никому не нужны, но Павел настаивал. Пишу, и что любопытно, стал появляться интерес. Воспоминания не могут отражать только жизнь автора, они обязательно дополняются образами других людей, нередко почти забытых. Они личная прожитая история твоего народа, города, села. Перечитываю, когда посмеюсь, иногда поплачу. Исписала общую тетрадь, хочу продолжить. Есть ли в этом какая-то польза?

- А сами как думаете?

- Пока не знаю, но начинаю надеяться.

- Есть ли какая-то польза от старости или она издержка жизни? – повторил свой вопрос Владимир Андреевич.

Недолгое обсуждение пришло к выводу, что против физиологии не попрёшь, организм изнашивается, теряя свои способности к активной жизни, поэтому старость не издержка, а её неизбежность. Польза есть, хотя она не только, да и не столько в заслуженном отдыхе. Многие старики, если бы могли работать, то продолжали бы трудиться и не только ради зарплаты. Творчество не имеет возрастных границ.

Вспышка активности обсуждения произошла, когда прозвучало утверждение, что свободное время можно посвятить анализу прожитой жизни.

- Кому этот анализ нужен?

- Молодёжь его не поймёт и не примет, утверждая, что мы уже отстали от жизни, наше время ушло. Мы вас любим, но советами не мешайте нам жить, лучше помогите материально.

Отдельные попытки защитить смысл прожитой жизни разрушались массой доводов о бесполезности этой затеи, чему приводились веские аргументы и примеры.

- Получается, что наша жизнь никому не интересна, как и нам самим? – подвела неожиданный итог Людмила Семёновна. – Зря я послушалась Павла, а мои воспоминания - пустое развлечение старухи.

- Ну что поделаешь, такова жизнь, - философски откликнулась Валентина Никифоровна, - так было, есть и будет.

- Вы посещаете наш храм? – поинтересовался у Валентины Никифоровны гость из соседнего дома.

- Захожу, свечку ставлю.

- Верите в Бога?

- Не то чтобы верю, но считаю, что там что-то есть.

- Подстраховываетесь на всякий случай?

- Не подстраховываюсь, но и не понимаю. Какое отношение ваши вопросы имеют к старости?
Присутствующие с интересом прислушивались диалогу, стараясь угадать, к чему клонит гость. Он продолжал:

- Самое прямое, сейчас поймёте. Но, пожалуйста, ответьте ещё на несколько вопросов.

- Постараюсь, - согласилась Валентина Никифоровна, которой нравилось быть в центре внимания.

- Вы старались понять основы религии, задуматься над ними?

- Да когда, при моей занятости было думать, работа и семья отнимали всё время.

- Но считаете, что там что-то есть?

- Не то, что бы считаю, но предполагаю, что Бог должен быть в сердце.

- Интересное утверждение для медика: сердце не насос для крови, а храм для Бога? Но сейчас же у Вас достаточно времени, чтобы подумать о жизни, душе, вечности, бессмертии.

- Что мне это даст?

- Понимание значения старости, как жизненного этапа, когда есть возможность привести свои мысли в порядок, разрозненное свести в систему, понимать, для чего мы прожили свою жизнь, чем она была полезна в настоящем и, возможно, для будущего. Но не все это принимают.

- Но причём здесь религия, - задала вопрос Людмила Семёновна, – какая от неё помощь в старости? Я согласна с Валентиной Никифоровной, что ТАМ что-то есть. Не верю в существовании Бога, но полагаю, что у меня есть Ангел Хранитель, тому в жизни было немало подтверждений. Некоторые мои ученики надели крестики, тот же Павел крестился, убеждает меня в существовании другого мира, что смерти нет. Хочу с ним соглашаться, но почему в мире так много зла? Почему погибают дети, в чём их вина перед всемогущим Богом? Сколько бы я над этим не думала, ответы найти не могу.

- Людмила Семёновна, вы сейчас почти ответили на вопрос о значении старости, - громко произнёс Владимир Андреевич. – Если есть Ангел Хранитель, то почему отвергается Бог? Есть ли жизнь после смерти? Никто из нас не ответит на эти сложнейшие вопросы, попробуем подумать вместе. Не владея азами религии, будем блуждать во тьме домыслов. Может быть, нужно пригласить батюшку нашего храма, послушать его суждения? Не нужно принуждать к Вере, но почему бы не выслушать. Кто-то задумается о духовном, кто-то ещё больше укрепится в своём материализме – решать вам. Без понимания того, что ждёт каждого из нас после завершения земной жизни, мы не сможем осознать значение старости. Спасибо нашему гостю за то, что  поднял эту тему и интересно провёл разговор. Но таинственный гость нам не представился.

- Виталий Анатольевич, инженер радиоэлектроник, 77 лет, в Городке живу второй месяц, во всех вопросах пытаюсь найти скрытую истину.

- Спасибо! Уважаемые мудрецы, - продолжил Владимир Андреевич, - мы сейчас имеем достаточно времени, чтобы заняться поиском ответов о смысле нашей жизни. Каждый прожил её в соответствии с условиями, способностями, упорным трудом добился каких-то достойный результатов, но всё ли уже сделано, всё ли нами понято и принято? Наша жизнь пришлась на запрет религиозного просвещения, вера могла быть только в коммунизм, земной рай. Но коммунизм не построили, страна развалилась. Разум человека всё больше стремится к пониманию глубин мироздания, в котором духовное имеет своё место и значение. Эти изменения, хотим мы этого или не хотим, коснулись и нас. Парадокс в том, что мы, оставаясь материалистами, верим, что ТАМ что-то есть и рассуждаем о помощи Ангела хранителя. Мы не сделаем новых открытий, но разобраться в том, что уже известно, хватило бы сил и желания. Каждый из нас сделает свои открытия, укрепится в них. И не философия меня интересует, а правильный последний осознанный выбор.
Предложение было принято, хотя мнения разделились почти поровну. Встречи проводятся по принципу – свобода выбора. Приходят те, кому тема интересна. В другой комнате можно обсудить другие вопросы.

Таким образом, обозначилась направление новых обсуждений – религиозное просвещение.
 

Полгода спустя


Прошло полгода. Городок продолжал достраиваться и обустраиваться. Осталось заселить два дома, тогда численность жителей Городка увеличится до двух тысяч человек. Основное строительство сосредоточилось в центре Городка, где заканчивалось оборудование Центра востребованности. Завершилось строительство хозяйственного блока, где разместились мастерские по металлу, ремонту автомобилей, типография, подвалы для хранения сельхозпродуктов и другие необходимые для функционирования Городка подсобные помещения. Появилась необходимость строительства гостиницы для отдыха гостей Городка, которых становилось всё больше. Сын Анны Михайловны, Павел Александрович, два месяца назад оставил вахтовые поездки, и был принят заместителем директора городка по хозяйственной работе, которую он выполнял со свойственным ему творчеством и ответственностью.

Это назначение особенно было по душе Анне Михайловне. Если ранее сын приезжал к ней в свободное от работы время, то теперь он был рядом в рабочее время, то есть почти каждый день. Приятные заботы: покормить; выслушать, согласно кивая головой, его планы; попереживать о чрезмерной занятости; радоваться, что он два – три раза на день забежит к ней -  что ещё может быть радостнее для сердца матери! Дети и внуки посещали регулярно. Заботы и хлопоты заняли почти всё время.

Людмила Семёновна стала чаще бывать в Городке. Разнообразие общения, интересные беседы, обсуждения, иной раз споры скрашивали зимнее однообразие. Похоже, что её животным тоже было радостно встречать повеселевшую хозяйку. Продолжала вести записи воспоминаний, осознавая, что они более нужны ей самой, но надеялась, что могут и другим принести какую-то пользу. Удивительно, но даже звонков учеников стало больше, а разговоры интереснее. Похоже, что Людмила Семёновна стала лучше понимать состояние и преимущество  своего возраста, что позволяло ненавязчиво давать разумные советы, в которых нуждались её собеседники.

«Клуб мудрецов» продолжал свою работу, расширяя тематику и содержание обсуждений. Приходил приглашённый батюшка, но ведение подобных разговоров для него было непривычно. В религии не принято рассуждать, там нужно верить, знать и исполнять. Священники научились проповедовать, изрекать истины, но мало кто из них умеет обосновывать истоки появления тех или иных догматов. Батюшка храма Городка не отличался способностями рассуждать об основах религии. Вероятно, потому его и назначили в Городок, где проживают старики, которые уже не ищут истин, а привычно веруют, не задавая вопросов. На встречах же говорили в основном поднаторевшие в этом «мудрецы», а батюшка давал некоторые пояснения, когда его спрашивали. Однажды он привёл с собой «группу поддержки» из двух опытных священников, что превратило обсуждение в горячую дискуссию. Заинтересованность в нём имели как верующие, так и атеисты.

Так в чём смысл жизни? Почему я прожил жизнь именно так, причём в неблагоприятных условиях? Обязательно ли верить в Бога? Если Бог Всемогущ, то почему в мире так много зла? Крестик на груди – это признак Веры? Хочу просто жить, приносить людям пользу, разве без молитв я не могу так жить? Религия – это страх перед смертью? Десятки и сотни подобных вопросов явно или ненавязчиво посещают каждого из нас. От них можно привычно отмахнуться – опиум для народа, но, может быть, прислушаться к суждениям других людей, привести свои доводы и убедиться в их жизненности? Вопросы перерастают в обсуждения, которые нередко выливаются в споры, но в любом случае принуждают к приятным или неприятным, но в любом случае полезным размышлениям.

Подобные клубы появились ещё в двух домах: в одном его основу составляли медики, в другом – садоводы-огородники. Садоводы предложили организовать летние овощеводческие бригады по выращиванию овощей, фруктов и ягод, с проживанием на плантациях. Предложение администрацию заинтересовало, Павлу Александровичу было поручено изучить его и спроектировать возможности реализации.

 

Ещё два года


Прошло ещё два года. Много изменилось в Городке за это время. Основное строительство завершено, достраивались вспомогательные объекты. Все дома заселены, построена гостиница для гостей и ветеранов, которые приезжали в Городок, чтобы принимая участие в различных клубах по интересам, заполнить свой досуг. Построена общая столовая. Оборудованы помещения для отдыха гостей, где в удобных креслах они могли отдохнуть. Дом творчества работал в некоторой перегрузке, использование помещений для проведения различных мероприятий было расписано на недели вперёд.

Количество жителей Городка составило более полутора тысяч человек. В основном это были одинокие люди, но всё чаще стали заселяться семейные пары. В праздничные дни в Городке находилось до двух с половиной тысяч ветеранов и их сопровождающих. Ежедневно приезжало до трёхсот человек, которые активно участвовали в культурной жизни Городка. Возраст ветеранов проживающих и приезжающих в Городок от пятидесяти пяти до ста лет. Средний возраст восемьдесят два года. Активное участие в жизни Городка принимает примерно треть его жителей, остальные – пассивные наблюдатели и зрители, отдыхающие от личных жизненных тягот. Администрацию Городка такой расклад не устраивает, но она придерживаются основного правила - каждый самостоятельно делает свой выбор. В Городке должно быть достаточно условий, чтобы каждый мог сделать свой досуг полезным и приятным. Жители активно обучались работе с компьютером,  изучали и формировали навыки использования интернета. Для многих из них «социальные сети» стали местом широкого общения с друзьями и источниками полезной информации. Любая социально значимая активность приветствовалась и поощрялась, при необходимости создавались условия для её поддержания. Несколько десятков человек продолжали свою работу на предприятиях и в организациях города. У многих рабочая смена составляла четыре часа, но за это время при богатом опыте и знаниях они успевали делать больше и качественнее многих молодых сотрудников. Час работы таких наставников можно смело приравнивать к двум часам, а то и больше от молодых специалистов и рабочих. Более половины обслуживающего персонала Городка составляли сами горожане.

В Городке постоянно находятся дети разных возрастов. Ветераны педагоги обратились в Администрацию с предложением открыть в Городке школу - детский сад полного дня, обосновывая необходимостью общения пожилого человека с детьми. Активное обсуждение предложения среди жителей и на страницах городских газет привело к его одобрению. Разработали и утвердили проект, объявили сбор средств на строительство и школьное оборудование. Большую часть финансирования было получено от предприятий города, которые увидели в Городке пользу для своих ветеранов. Поддержало идею и предпринимательство города. Поступали личные пожертвования. Первого сентября в начальные классы и две группы детского сада школы Городка приняли своих первых семьдесят учеников и воспитанников, в которых основной состав педагогов и воспитателей был из опытных ветеранов Городка. В группах детского сада по пятнадцать  детей. В школе начинают обучение дети с первого по четвёртый класс. Выпускники четвёртого класса будут продолжать образование здесь же, а школа оформится и постепенно заполнится как средняя с гуманитарным и техническим уклонами обучения. Основное преимущество школы - полный день нахождения в ней. Школьная программа составлена не как традиционно образовательно-воспитательная, а для раннего выявления детских способностей и талантов и создания условий для их развития. В каждом классе не более двадцати учащихся, с которыми работает опытный психолог-воспитатель.

Школу можно отнести к государственно-частному образовательному учреждению. Правительство города финансирует школу согласно количеству учащихся в детском саду и школе, а так же проводит контроль результатов работы. Форма управления школой – общественно-государственная. Совет школы, в который входят педагоги, родители, а в будущем и учащиеся, коллегиальными решениями руководит образовательным процессом и развитием школы. Директор школы организует и руководит текущей деятельностью, выполняя решения школьного совета.

За два года Павел Александрович успешно выполнил данное ему поручение по созданию садоводческих бригад. В последние годы в пригородных садоводческих кооперативах появилось немало брошенных участков. У постаревших хозяев уже не хватает сил и средств его содержать, а у современных внуков интерес работать на огородах не сформировался. Вот и зарастает сорной травой мечта советского человека. В первый год использовались участки, принадлежавшие жителям Городка, в которых ещё сохранились домики для проживания - три в одном садоводстве и два в другом, но того же направления дороги. Провели небольшой ремонт, поставили газовые плиты, завезли инвентарь, подвели воду, культиватором вспахали почву. В каждом домике согласилось жить два-три человека. Распределили специализации выращивания овощей на каждом участке. На одном выращивались только огурцы, на другом помидоры, третий – морковь и свеклу и т.д. Два раза в неделю огородникам привозили продукты и питьевую воду. Заезд состоялся в середине мая, а возвращение в Городок в конце сентября. Выращенные овощи по закупочной цене поставлялись в магазины Городка. Эксперимент привёл к увеличению числа желающих на следующий год выехать в «летние садоводческие лагеря».

Готовились основательно. Среди жителей были специалисты по выращиванию овощей и фруктов, которые составили план посева овощей, были выбраны наиболее плодоносные и устойчивые к болезням семена овощей и ягод. Подготовили больше участков, стараясь их скомпоновать кучнее, чтобы огородники могли иметь возможность больше общаться друг с другом, отремонтировали несколько бань, поставили объёмные баки и цистерны для поливной воды. Весной на подготовленные участки заехало три десятка огородников. Подготовка к летнему сезону дала хорошие результаты. Овощей, ягод и фруктов было столько, что пришлось срочно в Городке оборудовать небольшой консервный цех. Помидоры и огурцы мариновали по персональным рецептам, закатывали в литровые и двух литровые банки и реализовывали в магазинах Городка. Спрос на экологически чистые овощи был большой. В условиях хозрасчёта огородники за лето получили приличную прибыль. Началась подготовка к новому сезону.

В Городке успешно работают различные кружки и студии. Одна творческая выставка через месяц заменялась на другую.  Кто-то впервые попробовал себя в рисовании, другие осваивают премудрости вязания и вышивки. Хор Городка занимает призовые места в различных конкурсах хорового пения. Любители поэзии и прозы организовали свой клуб под названием «Литературная гостиная», представляя на суд слушателей свои творческие работы. Типография Городка издаёт сборники лучших сочинений. Работают театральная студия и студия вокала. Кулинары делятся рецептами любимых блюд, проводя ежемесячные конкурсы. Практикуется проведение мастер-классов приготовления различных блюд.

Особое место занимает еженедельное издание местной газеты «Городок ветеранов» тиражом тысяча экземпляров. В каждом номере публикуются: статьи о жизни Городка; очерки о его жителях; стихи и рассказы местных поэтов и писателей; публикуется план мероприятий на следующую неделю и другая интересная и полезная информация.

Есть и печальная весть – умерла Анна Михайловна. Старые болезни незаметно, но неуклонно свершали своё чёрное дело. Усиливающаяся слабость тела объяснялась возрастом. Лекарства, приятные для матери и бабушки заботы о детях, внуках и правнуках и их присутствие поддерживали жизненную энергию. Но сказывалось перенесённое ещё в годы войны заболевание лёгких. Ложиться в больницу отказывалась, да и врачи не давали больших шансов на результат лечения. Жизнь уходила, но Анна Михайловна относилась к этому довольно спокойно. Она давно поняла, что смерти нет. Умирает тело, но где-то в неизвестности, куда она когда-нибудь переселится, продолжается жизнь души, а значит и её самой. За неделю до мирного почина батюшка соборовал, позже исповедовал и причастил. Последние часы рядом были дочь и сын. В ритуальном зале Городка собралось много друзей, которых приобрела за четыре года. Не стала она активисткой в планах и делах Городка, но все собравшиеся знали, что прощаются с любящей, заботливой и счастливой матерью. Внучка прочитала стихотворение, которое Павел написал утром в день похорон. Хотя он считает, что не написал, а записал, вроде кто-то диктовал строки.
                          
                           ПРОЩАНИЕ С МАТЕРЬЮ

 
                                   Покатилась с неба
                                   Яркая звезда.
                                   Потекла из глаз моих
                                   Горькая слеза.
 
                                   Вспышкой ослепительной
                                   Звезда привлекла.
                                   Мать своею смертью
                                   Детей собрала.
 
                                   Скорбь огнем безжалостным
                                   Сердца обжигает.
                                   Тело бездыханное
                                   Дети погребают:
 
                                   «Ты ушла, оставила
                                   Сиротами нас».
                                   В душах их надломленных
                                   Зазвучал вдруг глас:
 
                                   «С вами я, любимые,
                                   Отлучилась только,
                                   Скорбью неутешною
                                   Делаете мне больно.
 
                                   Слезы осушите,
                                   Низко поклонитесь,
                                   И за душу грешную
                                   Богу помолитесь».
 
                                   Дети свечи взяли,
                                   У иконы встали
                                   И на милость Господа
                                   С Верой уповали.
 
                                   Звезда ночью черною
                                   Вспыхнула, сгорела.
                                   Душа милой мамочки
                                   К Богу полетела.
 
Людмила Семёновна ещё пять лет была гостем Городка, который помог ей лучше понимать смысл прожитой жизни. Воспоминания о своём детстве, работе, учениках, районе города в котором прожила почти всю жизнь, размышления об образовании, культуре, искусстве дописала, а Павел разместил их в интернете на сайте «Благолетие». Счётчик посещений стенда перевалил за несколько тысяч. Не все посетители вчитывались эти искренние строки, но многие, среди которых повзрослевшие ученики, открывали для себя новые страницы жизни учителя и гражданина. Удивительно, но ожидаемых и неожиданных гостей в квартире значительно прибавилось, а число телефонных звонков увеличилось до десятка за день. Тем для бесед, которые нередко были продолжением обсуждений в «Клубе мудрецов», было много. Гости удивлялись нестандартности и аргументированности суждений своего учителя, чем доставляли ей немалое удовлетворение, ощущение того, что она вновь становится востребованным педагогом. При этом появилось понимание того, что и сама становится прилежным учеником в изучении жизни и многообразия её событий. Животные относились к этому изменению размеренного ритма домашней жизни довольно ревниво. Тоська рычанием выражала гостям неудовлетворение их излишнего присутствия, заставляя поджимать ноги или подбрасывать ей кусочки колбасы. Муська удалялась на полку этажерки и там демонстративно дремала, ожидая ухода этих разговорчивых посетителей. Зато вечер оставался праздником общения животных со своею хозяйкой.

В городе вырос спрос на компактное, удобное, а главное востребованное проживание пожилых людей. Появились исследования опыта работы Городка, обобщающие, систематизирующие и прогнозирующие условия его функционирования и развития.  В двух районах запланировано строительство новых Городков. То ли ещё будет!
 

Эпилог



Уважаемые читатели! Стыдно признавать, что в городе и России нет подобного Городка! Но почему бы ему не быть? Все персонажи повествования имеют своих реальных прототипов, даже животные. Люди есть, а условий для полноценного и достойного использования последнего жизненного этапа, называемого старостью, нет. Почему? Нужно ли убеждать, что старостью человек живёт, но не доживает. И живёт он необходимостью своей жизни для себя, родных, своего народа. Для многих не достаточно проживания именуемого заслуженным отдыхом. Они стремятся в мере своих сил, знаний и опыта, таланта быть востребованными, но не забытыми ещё при жизни. Мнение одного из читателей: «Читал и как в раю побывал».

Полагаю, что в памяти стариков сохранились слова песни их молодости: «Мы рождены, что б сказку сделать былью…» Сказка Городка уже давно пишется в дед домах, интернатах для ветеранов, геронтологических центрах и т.д. Мы живём в XXI веке, в других потребностях и возможностях, без учёта которых «старость становится не в радость», но в чиновнический «этап дожития». «Сказка» требует своего развития и воплощения. Вначале особенно необходимо её понять, обосновать потребность в реализации объективного содержания, наполнить им своё сознание и очень пожелать жизненного воплощения. Перефразируя известное выражение К. Маркса отметим, что идея реализуется тогда, когда она овладевает сознанием масс.

Обращаюсь к вам, мои дорогие читатели, с вопросами:

1.      Нужны ли старости «Городки ветеранов»?
 
2.      Что можно предложить для развития заявленных основных принципов:
- достойные условия для жизни;
- санитарно-медицинское обслуживание;
- общение и развлечение;
- востребованность;
- духовное развитие?
3.  Как донести в массы идею Городка?

4.  Что вы можете предложить для её реализации?

Вопросов много больше. Задавайте их себе и поделитесь с другими. Может ли Городок стать современным и востребованным «Городом Солнца»?

Но, может быть я не прав в навязчивой фантазии понимания жизни?! Дайте ответ!
 
 



ОТЗЫВЫ

1. Дубенский Юрий Петрович, профессор

 

Доброго дня. Борис, фантазии, это интересно. В истории есть два пути старости: родственники; церковь. Ты предлагаешь англосакскую (они себя американцами частично называют) модель резервации коренных жителей. Ты продолжатель логики социалистического устройства городов: отобрать у человека землю; не давать возможности жить в СВОЕЙ квартире (она может быть только на СВОЕЙ земле); не давать возможности обслуживать себя и т.д. Цель реализации данной логики: человек, лишенный всего человеческого. В твоей фантазии потеряно главное - САМ человек для СЕБЯ строит СВОЮ старость. Проблемами старости занимаются НЕ В Старости. Я в докторской диссертации показал, что учитель физики должен заниматься не физикой. Есть очень эффективная форма оказания помощи людям- НЕ МЕШАТЬ ИМ! Только Господь может вмешиваться в судьбу. Попытка подняться до него оборачивается в свою противоположность - человек начинает сеять зло. Один из хороших директоров геронтологического центра как-то высказал мысль: "У наших жильцов есть ВСЕ, чего нет даже в наших семьях. Но ты чувствуешь, как в этом ПРЕКРАСНОМ здании ДУШИ ГНИЮТ". Ты движешься к глобальным обобщениям от СЕБЯ. А ты начни движение с другой стороны. Я пожилой человек. Ты у меня спроси! Переводить фантазии в режим реальности (верифицировать) можно одним способом: создать объективную (!!!!) картину пенсионной страты и, картину сопутствующих проблем, степень нерешенности данных проблем, наличие (отсутствие) ресурсов для решения имеющихся проблем. 

Моей маме 89 лет. Она никогда не будет в таком фантастическом центре. Сухомлинский В.А говорил, что настоящая педагогика начинается тогда, когда педагоги начинают обсуждать СВОИХ детей.

Большой привет. 

Ответ автора:

Юрий Петрович, спасибо за отзыв. Если сказать, что ум за разум зашёл, то ничего не сказать. Включаться в полемику не желаю, пока не желаю. Отмечу, что в телефонных разговорах от нескольких  пожилых читателей, получил противоположную оценку изложенной точки зрения на старость. Но представить их пока не могу - нет текстов, но, надеюсь, что будут. Соглашусь с тем, что "САМ человек для СЕБЯ строит СВОЮ старость", добавив: "Из того что умеет и имеет под рукой". 

2. Демидов Владимир Андреевич, педагог, писатель:

 


К.А. Нефёдова и В.А. Демидов


Борис Александрович! Вы молодец. Идея социальная, вполне возможно осуществить, если заинтересовать власти. Я хочу в вашем городе жить. Что касается литературных изысков: читается легко, доступно, грамотно. Если по-чеховски, то можно покороче, исключив повторы. Я бы предложил идею не городка, а дома для ветеранов в компактном микрорайоне у реки или озера.

С уважением Владимир Демидов


 

Комментарии (0)

Чтобы оставить комментарий, вам необходимо зарегистрироваться, или войти в систему: