+7 (913) 613 59 62

Войти
Регистрация

Концепция музея разработана Центром социального развития "Благолетие"
Сайт музея создан благодаря финансированию Омского областного общественного фонда поддержки работников правоохранительных органов "ЩИТ", на средства победителя городского конкурса социальных проектов 2012 г.
На стендах музея «Книга жизни» Вы имеете уникальную возможность  поведать потомкам о своей жизни, о родных и близких людях, друзьях, коллективах и организациях. Сделать это несложно. Было бы желание, мы вам поможем.

Подробнее о музее

Борсуковский Борис Александрович

73 0

Борсуковский Борис Александрович

Человек который пытается заглядывать в неведомое, составлять проекты и реализовывать их в действительности.

8 951 423 2820

07.07.2018














 

БЛАГОДАТЬ.
Рассказ пожилого человека

 
 
Мог ли я предположить, что «рядовая» операция по удалению грыжи, завершится большими и малыми чудесами, которые произошли благодаря иконам храма Иконы Казанской Божией Матери «Всецарица» и «Козельщанская».

После сложной операции, полтора года назад, когда врачи утверждали, что вытащили меня «с того света», через полгода пришлось удалять послеоперационную грыжу, а ещё через полгода появилась вторая. Неудобства были вполне терпимыми, но и её присутствие удовольствия не доставляло. Хирург выдал список необходимых анализов, в который входило не бесплатное УЗИ. Для пенсионера незапланированные расходы в семьсот рублей явление накладное. Чего там копаться внутри, грыжу и так видно, но без этого анализа к операции не допускали. Врач долго водила и прижимала индикатор с левой стороны и, наконец, заявила, что в левой почке обнаружила «новообразование», поэтому рекомендует обследование уролога и онколога. Началось! Этого мне только не хватало. Пока их пройду, сданные ранее анализы потеряют свой срок, всё заново. Но хирург настаивал на дополнительном осмотре. Опухоль небольшая, первая стадия, но будет расти, а последствия ухудшаться.

Удивляло, что никаких неприятных ощущений не наблюдалось. Грыжу видно, немного беспокоит болезненными ощущениями, а опухоль никаких признаков своего присутствия не доставляла. Что такое онкология, немало наслышан, выбор невелик. «Время подошло болеть, - философски рассуждал я, - уже под семьдесят лет, пятая операция за последние годы, опытный пациент, но стоит ли рисковать, вдруг сама не рассосётся».

Назначили день операции. Получил большой список анализов и выписок от врачей, которые необходимы для госпитализации. Сроки прохождения нескольких процедур, которые бесплатно назначала местная поликлиника, не укладывались до дня операции. В частных медицинских центрах их стоимость для пенсионеров зашкаливала. Решил, что обойдусь без них, не выгонят же умирать, коль денег нет.

Однажды разговаривал по телефону с давним знакомым. Между прочим, пожаловался, что готовлюсь к операции, в которой угроза удаления почки, так как опухоль, хотя и небольшая, как-то неудачно в ней устроилась. Неожиданно получил совет съездить в храм батюшки Иоанна, в которой находятся чудотворные иконы Божией Матери, дал номер его телефона. Оказалось, что храм  расположен на окраине города, которую называют Порт-Артур.

Порт-Артур – это родина моего детства и молодости. Там родился, учился, работал в школе, в родительский дом привёл молодую жену, родился сын. Но жизнь распорядилась так, что из отчего дома мы переехали в другой район города, после смерти мамы продали дом, который позже снесли и на его месте хозяева поставили новый. Хотелось побывать на малой родине моего детства, но боль «предательства» была большая, непреодолимая.  

В моей ситуации не воспользоваться советом было неразумно. Где расположен храм, когда его здание ещё использовалось как продуктовая база и даже коптильня,  хорошо знал. Не раз проходил мимо, идя в гости к моему школьному другу. Слышал, что там был женский монастырь, который при советской власти упразднили, а монашенок или выгнали, или сослали куда-то, кого-то расстреляли. В девяностые годы митрополит Феодосий благословил восстановление храма, благо его крепкое строение неплохо сохранилось. Но меня не это интересовало. Проезжая мимо автобусом, больше смотрел в противоположную сторону, где находилось кладбище, на котором похоронена моя бабушка, а на её на могилке бывал редко. Всё куда-то спешил, а до дома потом идти довольно далеко.

Позвонил отцу Иоанну, договорились о встрече. Еду по улице Воровского, почти не узнавая её. Слева пустырь бывшего кладбища, могилы которого сравняли бульдозерами. Варвары! В центре пустыря поставили часовню, но редкие прохожие равнодушно проходят мимо. Моя остановка. По разбитому асфальту дорожки, ведущей к овощной базе, иду к храму. Ажурная железная ограда отделяет мирской «пейзаж» от его ухоженного двора.

Трижды перекрестившись, захожу в храм. Батюшка ещё не приехал. Появилась возможность для осмотра его убранства. Ничего особенного. У входа небольшой киоск для церковных принадлежностей, где хлопочут две женщины. Посетителей нет, что и хорошо, могу спокойно всё рассмотреть. Привычный набор икон на стенах, но есть и отличие – под иконами аккуратный текст молитв или тропаря к этому святому. Такое видел впервые. В любом храме много икон, рядом стоит канделябр, куда посетители ставят зажжённые свечи, а потом многие тупо стоят и не знают, как обратиться к святому, изображённому на иконе. Подавляющее большинство посетителей храма не знают молитв, тем более канонов. Как просить, что просить у иконы каждый должен сообразить сам, главное, поставить свечу побольше и немного задумчиво постоять. Здесь же есть полезная подсказка православного текста молитвы. Подходил к иконам и читал святые тексты.

Прошло минут двадцать. Приехал отец Иоанн. Познакомились. Присели на скамеечку и беседовали минут тридцать, хотя я больше слушал и удивлялся тому, как батюшка похож на друга моей юности Сергея. Фигура, лицо, улыбка, прагматизм разговора – копия Шинкаренко. Даже полюбопытствовал, есть у него в роду такая фамилия, оказалось, что нет. Потом отец Иоанн подвёл меня к иконам «Козельщанская» и «Всецарица»: «Вот чудотворные иконы, проси у них заступничества и помощи». Прочитал прикреплённый под иконой тропарь, потом несколько известных мне молитв, просил милости семье, родным, друзьям и мне грешному в предстоящей операции. Удивительно, но на моих глазах появилась слеза, редкое для меня явление. Минут через пятнадцать, попрощавшись  с гостеприимным настоятелем, получив от него благословение и просьбу позвонить ему перед и после операции, покинул храм. Чудес не было, но появилась светлая уверенность, что всё будет хорошо.

Пошёл на кладбище. Память детства уверенно подсказывала место могилки бабушки. Вот в этом квадрате 10 на 10 метров она упокоена. Ошибки не могло быть. Грустно.

За день до госпитализации пошёл на приём к терапевту для получения направления. Она обратила внимание на отсутствие трёх анализов и высказала предположение, что меня не примут. Заявил, что знаю волшебные слова. Волшебство волшебством, но рисковать не стоит. Заплатив за два анализа две тысячи семьсот рублей, тут же  в поликлинике прошёл эти процедуры. На третий денег уже не было. Буду рисковать. Вечером, собирая все необходимые медицинские документы, обнаружил, что выписка одного анализа случайно осталась у терапевта.

Рано утром поехал «сдаваться» в диспансер. Немного тревожно – нет уже двух анализов, но не отступать же. Сдал пакет в смотровой кабинет, жду вызова. Пригласили. Измерили рост и вес. Удивился несовпадениям: рост уменьшился на пять сантиметров, зато вес увеличился на пятнадцать килограммов. Такие вот поправочки. Далее врач просмотрела мои бумаги и сказала переобуться в коридоре и ждать медсестру, которая отведёт в палату. Позже в палате, услышал несколько историй об отказе в госпитализации при отсутствии всего одного анализа. Случайность (повезло) или чудо, что ни слова не сказала о недостающих документах?

Пригласили к лечащему врачу. Он внимательно просмотрел все анализы, предположил, что опухоль на 90% злокачественная, почку придётся удалять, но окончательное решение будет принято в процессе операции. Что я мог ему возразить? Напомнил, что обследование началось с грыжи, которую желательно убрать.

На следующий день повезли в операционную. Беспокоило только одно: запомнил ли хирург мою просьбу о грыже. Очень не хотелось позже в шестой раз ложиться под скальпель. Кручу головой в поисках хирурга, не вижу его. Подготовка закончилась, на лицо надели маску анестезии, засыпая, кричу: «Грыжу уберите. Проснусь, проверю».

Интересное явление - операция. Ты беззаботно спишь, а чужие люди бесконтрольно с твоей стороны копаются в твоём теле, как в собственном сундуке. Что-то там режут, вставляют, зашивают. Конечно, они профессионалы своего дела, хвала и слава им и достижениям медицины, но только ли мастерство присутствует в их работе?

Через сутки из реанимации привезли в палату. Первое дело – звонок домой, порадовать, что всё нормально, даже почку сохранили, а главное грыжу удалили. Случайность или чудеса? Многие в тот день лишились по одной почке. Сделал обещанные звонки отцу Иоанну, который в это время тоже лежал в больнице.

Через несколько дней стал выходить во двор на прогулки. Во многих больших больницах стали строить часовенки. Была она и в диспансере. Проходя мимо, услышал пение, вошёл вовнутрь. Там проходила служба памяти Святого угодника Божьего Луки, который явил пример сочетания служения архипастыря и врача. Подарили его иконку. Случайность или чудо?

В нашу палату перевели пожилого больного, который просил называть его дядя Вова. На груди носил большой крестик и иконку. Любил цитировать книги Святых отцов, качество которых проверить было невозможно, но звучали они уверенно и достойно. Главный тезис его рассуждений – читайте и поступайте, как требуют эти повествования. «Не рассуждайте о Вере, - убеждал дядя Вова, - святые отцы уже всё сказали. Действуйте». В его словах я слышал убеждения многих батюшек, с которыми приходилось общаться, они привычно наставляли, но объяснять не умели. Я попытался возразить дяде Вове, что тысячи, миллионы маловерных не читали и вряд ли будут читать эти книги, но предполагают здравым умом, что ТАМ что-то есть. Как их убедить? «Никого не надо убеждать, - взорвался дядя Вова, - нужно читать и действовать».

В моём сознании возникла аналогия. Дети идут в школу, чтобы усвоить знания, которые им нужны в жизни. С ними в течение одиннадцати лет работают профессионалы – учителя. Но может быть лучше раздать первоклашкам учебники и потребовать, чтобы они самостоятельно их изучили и через полгода продемонстрировали свои знания? Потом выдать другие учебники – пусть читают и действуют. Освобождается огромная армия учителей. Скажете, что это бред? Соглашусь. Но разве Вера конкретного человека начинается не с азов, доступных его пониманию, постепенно увеличивающаяся в случайных жизненных ситуациях и целенаправленных действий наставников. Желание читать святые книги, а тем более руководствоваться ими в жизни, не возникает стихийно, его необходимо разбудить и сформировать. Но не признаёт этот процесс дядя Вова. Окончательно мы рассорились, когда он грубо и даже цинично попытался высказаться о митрополите Феодосии. Я оборвал его спич. «О чём хочу, о том и говорю», - огрызнулся дядя Вова. Мне пришлось ответить, что он имеет право говорить что хочет, но не имеет право нагло судить о делах человека, которого вряд ли знает. Зачем в моей жизни промелькнул этот дядя Вова? Но на размышления он меня навёл.

Через две недели сняли швы. Лечащий врач рассказал, что операция была сложной, но нашлась возможность почку сохранить, выявлена предрасположенность организма к образованию грыж, поэтому никаких тяжестей не поднимать, дал рекомендации дальнейшему лечению.

Неделю отлёживался дома, слабость была большая. Не покидала мысль, что необходимо съездить к чудотворной иконе и поблагодарить Царицу небесную, за помощь, которую неожиданно получил. Дочь пообещала меня отвезти. Воскресенье, звонок: «Папа, собирайся, через полчаса с детьми подъедем. Мама едет с нами». Уже это для меня было чудо. Давно мечтал показать внукам места моего детства, но как-то не получалось. Жена недолюбливала Порт-Артур, что уменьшало вероятность моей мечты, но и отказать ей недопустимо. Едем впятером. Звоню отцу Иоанну. Он куда-то спешит, но пообещал нас дождаться. Площадка у ограды храма заставлена машинами, припарковаться негде. Неожиданно одна машина отъехала, освободив для нас место. Помолившись, вошли в храм. Народу много. Идёт подготовка к таинству крещения. Отец Иоанн стоит у купели и проповедует, а точнее, беседует с собравшимися о значении церковных таинств. Стиль этой беседы можно назвать провокационным – он не вещает, а задаёт собравшимся непростые и даже неудобные вопросы. Для него важно, чтобы люди подходили к свершению таинств не формально, а как к осознанной необходимости. Моя дочь несколько раз довольно разумно ответила на непростые вопросы. Внуки первое время прятались за маму, но потом встали рядом, как воробышки, прижавшись к ней. Супруга стояла рядом с ними, и я понимал, что она тоже готова включиться в беседу. Моё сердце блаженствовало!

Минут через пятнадцать отец Иоанн подошёл к нам. Представил ему своё семейство, каждый получил его благословение, записал наши имена и всех родственников, о которых он будет молиться, расспросил о моём самочувствии, благословил подойти к иконе. Таинство крещения продолжал другой батюшка. Мы, чтобы не отвлекать его, тихо прошли к иконам, по очереди подходя к иконам Царицы Небесной. Я заметил, что супруга как-то растерянно смотрит на меня, подошёл. «Не могу прочитать текст молитвы, - прошептала она, - очки забыла». Стал вполголоса читать церковный текст, супруга мне помогала. Так вдвоём и читали. Случайность или чудо? Она ещё долго стояла у икон, а я со стороны наблюдал за ней.
Время пролетело, что одна минута, пора возвращаться. Уже в машине спросил у дочери: «Есть ли у нас минут пятнадцать, чтобы доехать до родных мест?» «Конечно, поедем, - ответила Юля. Для меня такой ответ был высшим чудом. Я превратился в экскурсовода для внуков. Показал на место кладбища, сказав, что здесь упокоилась моя бабушка, вашей мамы прабабушка, а для них прапрабабушка. Подъехали к школе, указал на окна нашего класса. Внуки внимательно слушали. Далее ехали по улице, исхоженной мною тысячи раз. «Пап, этот дом мне раньше казался самым большим, - удивлённо сказала Юля, - а теперь он какой-то маленький». Такое явление наблюдалось со всей улицей.

Подъехали месту, где стоял наш дом. Его снесли и построили другой - в два раза выше и больше. Я не решался к нему подойти. Из бывших соседей остались только в доме напротив. Зашёл к ним. Встретила Галина и её сын Александр. Меня интересовало: жива ли баба Тамара? Жива, ей уже 92 года, никого не узнаёт, но рада всем, копается в огороде. Вышли за ограду, осмотрелся вокруг. Вроде бы всё знакомо, но как-то уменьшилось, приземлилось. На улице моего детства положен асфальт, машины идут в обе стороны одна за одной. За воспоминаниями я забыл свою обязанность перед внуками быть для них экскурсоводом. Они покрутились возле нас несколько минут и устроились в машине со своими смартфонами. Вдруг увидел во дворе нашего бывшего дома мою жену. Для меня это было, что гром среди ясного неба. Решил зайти и я. Там уже была дочь, которая познакомилась с новыми хозяевами и представила им меня. В дом не пошёл, он не мой. Прошёл в огород, который наполовину засажен картофелем и немного другими овощами. Сохранился колодец, сруб которого я выкладывал кирпичом, да вытянулась берёзка, посаженная мамой.

Возвращались домой в полном молчании. Я был потрясён событиями дня. Чудеса! Мы привыкли ждать чудес больших и ярких, бросающихся в глаза своей неповторимостью и необъяснимостью. Но почему не видим и не ценим небольшие, мимолётные, но таких важные? Кто-то возразит, что иконы были не чудотворные, просто их так представляют. Не нуждался я в списке чудес. Благодать исходит от всех икон, но чудеса происходят только по Вере. Нет Веры, не жди чудес, сколько бы самых больших свечей не поставил. Я же их получил и благодарен Божией Матери за благодать последних событий.
 
 

Комментарии (0)

Чтобы оставить комментарий, вам необходимо зарегистрироваться, или войти в систему: