+7 (913) 613 59 62

Войти
Регистрация

Концепция музея разработана Центром социального развития "Благолетие"
Сайт музея создан благодаря финансированию Омского областного общественного фонда поддержки работников правоохранительных органов "ЩИТ", на средства победителя городского конкурса социальных проектов 2012 г.
На стендах музея «Книга жизни» Вы имеете уникальную возможность  поведать потомкам о своей жизни, о родных и близких людях, друзьях, коллективах и организациях. Сделать это несложно. Было бы желание, мы вам поможем.

Подробнее о музее

Евстигнеева Людмила Сергеевна

515 0

Евстигнеева Людмила Сергеевна

ЗАСЛУЖЕННЫЙ ПЕДАГОГ 

08.03.2013

 

Как молоды мы были, как верили в себя

 
    Да, верили в себя, верили друзьям, у нас в молодости их было много, как у большинства молодых. Много работали, даже очень, учились, не бросая работы, но ведь успевали и дружить, любить, веселиться, но без допингов, стимуляторов не надо было. Молодость, здоровье, ещё живы родители. Вспоминаю (только и осталось), какие номера я откалывала, даже не верится. Нина мне часто со смехом напоминает эпизоды, инициатором которых я была, и думаю, что за детство в тридцать лет. Быстро обрастала друзьями, куда бы не поехала, куда бы не поступила, да и Тамара имела всегда много подруг. С годами теряем друзей, и это грустно. Помню в Шепетовке в гостинице жила неделю, в двухместном номере оказалась молодая женщина из Винницы, преподаватель украинского языка. Мы так сдружились на многие года. Она моложе меня на 10 лет, но как-то сказала: «Мы с тобой, по-моему, с одного года. Не стала её переубеждать, я всегда выглядела моложе, это у меня от мамы. С Наташей мы переписывались, пока не развалился Союз. Она посылала грецкие орехи, сушёную красную рябину, шиповник, лечиться.
    Не смогла полюбить сто тридцать восьмую школу, мне 31 год, пришла в коллектив, где учителя, как классные дамы, престарелые, чопорные, как монашки мрачные. Наши малыши учились на втором этаже. Но были учителя молодые в начальных классах, дружили, проводили вместе праздники, были компании молодых ребят, просто дружили.
    С учителями начальных классов почти не общались. Нам от них попадало за чёлки, за маникюр, за капроновые чулки, бостоновые юбки и прочее. Они даже как-то предложили администрации ввести форму для учителей. Монастырь. Неудивительно: до пятидесятых годов эта школа была женской. Терпеть не могла этих монашек и устраивала им «номера», которые Нина до сих пор без смеха не может вспоминать. 
Например, сколько я в школе работала, для администраций главным были заседания: педсоветы, партсобрания, куда загоняли всех и беспартийных, профсоюзные, методические и т.д. Однажды я Нине говорю: «Опять до ночи будем слушать всякую галиматью, надо что-то придумать». А нас уже кавалеры ждали. Давай начнём кашлять, бабки испугаются инфекции и нас выгонят. И началось, я кашляю, она за мной, все на нас оглядываются, а мы обычно садимся за последнюю парту. Наконец, голос: «Кто это с гриппом тут сидит, немедленно оставьте класс, совесть надо иметь». Мы с ней поднимаемся, ещё на прощание чихнув по разу, с хохотом скатились по лестнице и… на свидание.
Тогда традиция была собирать с учителей и учеников взносы на «Зелёный патруль», на «Красный крест», ещё на что-то, не помню. Копейки, конечно, но это раздражало, особенно собирать с учеников по 5 – 10 копеек. Никто не мог объяснить, куда шли эти деньги. Особенно в «Фонд Мира» (за Анжелу Девис или Пола Робсона). Мы всех негров считали несчастными. Копейки не деньги, но факт бесхребетности, покорности, дружного повиновения (как бараны) меня возмущал. Однажды заявила: «С учеников на «Зелёного друга» деньги собирать не буду». Кстати, именно тогда мы озеленили улицу Воровского. Одна молодящаяся старушка – физрук, Прима, её фамилия была, я ещё до войны у неё училась, правда на её уроки не ходила, физкультуру не любила, как и математику. Эта Прима и в 70 лет носила туфли на высоченных каблуках. Так вот она на педсовете в мой адрес заявила: «Разве такому учителю можно доверять воспитание детей? Это не учитель».
И вот мы с Ниной в день зарплаты (а у нас она была 57 рублей после денежной реформы), в библиотеке, где кассир выдавала денежную зарплату, взяли тетрадь, сели поблизости от кассира за стол и всем учителям, получившим денежки, объявляли: «Товарищи, платите взносы в общество «Помощь пожарной охраны», кто не поможет взносами, будет посещать кружок пожарной охраны после уроков». И что? Все безропотно подходят и отдают по 50 копеек (или по рублю, не помню). Нина давится от смеха, я её толкаю в бок – молчи. Помню, подходит Анна Петровна Полудницына, симпатичная женщина и говорит мне: «Людочка, куда уж мне в моём возрасте учиться пожарному делу, я уж лучше заплачу». Ни один человек не отказался, кладут деньги, расписываются, иногда слышится удивление» «Господи, каких только обществ нет, пожарников нам не хватало». Но сдают, такая покорность стадная. Подходит Вилинин (завуч), вечно улыбающийся, то ли до него дошла наша афера, то ли решил пообщаться с молодыми (он ухажористый был) говорит: «А у меня почему взносы не берёте?» Мы сначала опешили, а потом начали хохотать, так, что на нас все стали смотреть. Я заявляю: «Розыгрыш окончен, подходите за денежками». Тут и раздались возмущённые голоса: «Что за шуточки, вы что дети, как не стыдно». Но обрадовались. Потом в учительской стали интересоваться, в чём подоплёка. Я и сказала, что все мы, как овцы послушные, что в верхах придумают, мы кричим «Ура!»
Это у нас осталось и сейчас, такие мы покорные, доверчивые, безропотные, идём стадом на выборы, верим рекламам о чудодейственных лекарствах от всех болезней.
    

Юбилей!

 
    Никогда не отмечала юбилеев, не очень-то радостная дата, тем более такая, 80 лет. Не думала, что доживу до неё. Это очень, очень много, мне даже не верится. Если б не мои дети, не думала об этом, они всё затеяли.
    Пришли мои «шестиклассники», помню как сейчас 1962 год, новая школа, новый коллектив, мы молодые, а дети ещё маленькие, им по 12 лет. И вот они у меня за столом, им по пятьдесят пять – шесть, а мне 80 лет. Тогда о таком даже и подумать не могла. Мои девчонки пенсионерки, смотрят альбом с фото в очках, мне, кажется, они не изменились, а ведь шестой десяток разменяли. У них уже внуки. Как в школьные годы были горазды на выдумки, так и сейчас, шутливые телеграммы от Путина, Полежаева, от дирекции моего магазина, сценарий с юмором, из швабры сделали флаг, надели пионерские галстуки и с маршем вошли в комнату, я просто обомлела. Ира Черноусенко, моя же ученица более позднего выпуска, теперь директор родной школы принесла и вручила мне грамоту от ГорОНО. Был почти девичник, из мальчиков один Петя Белоусов, как султан в гареме (это его слова), он теперь Пётр Фёдорович. Ира его так и зовёт. Остались на память, как всегда, фото. На следующий 2007 год юбилей школы, ей 45 лет и 40-летие со дня окончания школы моих первенцев-тигрят. Хочется дожить.
    А у меня юбилеев  больше не будет, я думаю. Наша мама прожила 84 года, может, и мы с Томой поживём столько же. Хотя с каждым годом жизнь всё тяжелее (здоровье подводит).

Комментарии (0)

Чтобы оставить комментарий, вам необходимо зарегистрироваться, или войти в систему: