+7 (913) 613 59 62

Войти
Регистрация

Концепция музея разработана Центром социального развития "Благолетие"
Сайт музея создан благодаря финансированию Омского областного общественного фонда поддержки работников правоохранительных органов "ЩИТ", на средства победителя городского конкурса социальных проектов 2012 г.
На стендах музея «Книга жизни» Вы имеете уникальную возможность  поведать потомкам о своей жизни, о родных и близких людях, друзьях, коллективах и организациях. Сделать это несложно. Было бы желание, мы вам поможем.

Подробнее о музее

Нефёдова Капиталина Алексеевна

779 0

Нефёдова Капиталина Алексеевна

       Автор книги – Капиталина Алексеевна Нефёдова  – прошла нелёгкий путь от школьного учителя до профессора, известного в России своими трудами по управлению учреждениями образования, подготовке и повышению квалификации учителей и руководителей школ. 
      В её серьёзном исследовательском багаже более 100 публикаций научного и учебно-методического характера. Её знают и любят все педагоги Омской   области. Её ценят коллеги. Без неё трудно представить Омский областной институт повышения квалификации работников образования. Она человек светлого ума и блистательной логики, натура творческая и увлечённая, способная на нестандартные педагогические решения. Её энергии и жизненной силе можно по-доброму позавидовать. 

10.03.2013

 

 Омский институт усовершенствования учителей
(1966-1975)



Говорят: талант от бога, 
Этим дан, а этим нет…
Всем зато дана дорога –
Кто какой оставит след?
Потому тебе заданье:
Жизнь делами возвеличь!
Положи кирпичик в зданье, 
А не вышиби кирпич!

Сергей Викулов,  «Постоянство»



       Назначение на должность директора Омского института усовершенствования учителей оказалось неожиданным. Порядок назначения был прост: со мной побеседовали в Обкоме партии, дали наставление, а А.И. Азаров, как заведующий облоно, представил меня коллективу. Но замечу, что до меня директорами ИУУ назначались мужчины, как правило, до этого занимавшие высокие руководящие посты – обкомовские или облисполкомовские работники. А я, проработав в городе всего шесть с половиной лет, назначаюсь с должности рядового инспектора, хотя за плечами у меня неплохая практика и стаж, а может быть, и еще что-то нашли во мне стоящего. 
      Мне 39 лет, живём с семьёй на Московке, мостов через дорожные пути в то время еще не было, квартира мало благоустроенная, хотя и в хорошем кирпичном четырёхэтажном доме, но нет никакой печки, кроме маленькой одноконфорной электроплитки. Дети заканчивают очередную ступень учебы: младший сын 9 класс, старший 11 класс, т.е. забот и неудобств более чем достаточно. При всех «против» я соглашаюсь на эту должность, интуитивно чувствуя, что что-то смогу сделать полезного. 
     Областной институт усовершенствования учителей в эти годы располагался в старинном купеческом доме по ул. Сенная, 22. По инициативе Г.С. Островского, моего предшественника, в 1966 г. к основному зданию сделали пристройку. По тем временам это была солидная прибавка к площади института. В трехэтажной пристройке располагалось общежитие на 100 мест, актовый зал, две небольшие квартиры и подсобные помещения. Проведена вода и центральное отопление. Для обучающихся созданы неплохие условия. Расширение площади института было делом весьма своевременным, потому что именно с 1966 года начались массовые курсовые мероприятия по переходу на обновленные программы   и учебники.
       Состав методистов и других работников института был небольшой, всего около 40 человек. Но по каждому из школьных предметов были штатными один либо три методиста, а объединения их назывались кабинетами. Например, в составе кабинетов русского и иностранных языков, математики, начальных классов, труда, воспитательной работы, педагогики, дошкольного воспитания было по два-три методиста.
        Коллектив ИУУ небольшой, многие из методистов с хорошей подготовкой, но были и вакантные места. Люди не особо удерживались в ИУУ прежде всего из-за низкой зарплаты и отпуска в 36 дней, а не 48, как у учителя или инспектора. И до сих пор непонятно, почему так недооценивается методическая служба, а ведь именно во многом с ее помощью выращивалось профессиональное мастерство и творчество учителя. 
       При этом на работу в институт принимались педагоги по негласному конкурсу. К будущему методисту предъявлялись достаточно высокие требования: профессиональная квалификация, положительный опыт работы (хорошее знание предмета, методики его преподавания в школе), авторитет среди учителей и общественности, обладание организаторскими способностями и, как правило, наличие опыта по руководству методическим объединением, а также опыт выступления на педагогических чтениях, на курсах в институте. Таких методистов подготавливала сама жизнь – процесс развития системы образования.
      Ознакомившись поближе с коллективом, увидела, что большинство работников могут трудиться с большей отдачей, особенно в плане творчества по формированию передового опыта, по организации методической работы, по выявлению, обобщению и распространению имеющейся в области прогрессивной практики обучения и воспитания учащихся общеобразовательной школы.  
        Определилось приоритетное направление – развитие курсовой подготовки посредством улучшения ее качества. Главная опора – научные кадры Омска, а также Москвы, Ленинграда, внедрение всего нового и передового, наработанного научными силами, поиск новых форм и методов обучения педагогов как в ИУУ, так и в организуемой методической работе на местах. 
       В институте шла постоянная учеба самих методистов. Ежегодно, несколько раз в году, они приглашались на учебу в другие города. Все, что вводилось нового в школах, дошкольных образовательных учреждениях, учреждениях дополнительного образования по содержанию  и методам обучения, воспитанию, организационной сфере, направлялось министерствами образования РФ, СССР и областным отделом народного образования. Сначала это новое познавали методисты, руководители института, и только после тщательной проработки и подготовки материалов организовывались массовые плановые занятия с учителями. Называю «массовые», и это действительно так, потому что всё прорабатывалось с заведующими районо, РМК, руководителями кустовых методических объединений, с каждым педагогом и руководителями школ города и области. 
        Целенаправленная учеба педагогов-практиков осуществлялась по следующим направлениям:
        - обновление знаний, умений и навыков по содержанию предмета, методике его преподавания;
        - обновление знаний, умений и навыков по осуществлению воспитательной работы.
    В центре внимания постоянно находились вопросы формирования, изучения и распространения передового педагогического опыта учителей, образовательных учреждений, руководителей школ и дошкольных образовательных учреждений. Опыт лучших из лучших представлялся не только на областном уровне, но и на ВДНХ СССР. Участниками ВДНХ были кабинеты географии, труда, дошкольных учреждений и др.
      Замечу, что в эти годы был еще низок качественный состав педагогических кадров, всего 30-40 % учителей имели высшее образование. ИУУ, совместно с педагогическим институтом, на своих курсах начал вести подготовку педагогов к поступлению в вуз на заочное отделение. В результате многие педагоги, имеющие только среднее образование, сумели успешно окончить педагогический институт и получить высшее образование. В школах вводился новый предмет      – обслуживающий труд (для девочек) и технический труд (для мальчиков). Преподавателей этих дисциплин никто не готовил (чуть позже откроются небольшие группы в некоторых педагогических училищах). Институт усовершенствования учителей начал вести подготовку преподавателей технического труда на четырёхмесячных курсах, хотя и не имел площадей и оборудования. Арендовали помещения для практических занятий в профессиональных училищах, в школах. Многие педагоги, учившиеся на этих курсах (биологи, физики и т.д.), приобретали новую специальность и затем вели этот предмет в школах по совместительству. Всю эту сложную работу возглавляла Л.А. Москвина.
        В ходе учебного года педагогов на все  курсы приглашалось немного, поскольку запрещалось снимать с уроков. Но зато в каникулярное время, особенно в летние каникулы, приезжало в институт до двух тысяч пятисот человек. А всего за год обучали по восемь-десять тысяч.
       Нелегко было справиться с таким потоком одному-двум методистам кабинета. Но благодаря активу учителей и помощи методистов, не занятых на своих курсах, справлялись успешно. Методисты были не просто преданные педагогическому труду люди, а, не побоюсь этих высокопарных слов, истинные патриоты своего дела.
        В составе лекторов на курсах были преподаватели вузов и педагогических училищ Омска, приглашенные ученые из Москвы, Ленинграда, сами методисты и лучшие педагоги-практики. Каждый кабинет имел совет, в составе которого – ученые, специалисты облоно, педагоги-практики, преподаватели педагогических училищ. Именно такой состав позволял оптимально отбирать содержание курсов, логично выстраивать учебный план, разумно сочетать вопросы теории и практики. Не могу не  назвать школы, на базе которых проходила практика – №  4, 6, 39, 55, 65, 66, 69, 72, 75, 84, 88, 92, 94 и другие; школы-интернаты № 1, 2, 4, 10 г. Омска.
       Занятия с учителями проходили и на базе станций юннатов, туристов, юных техников, Дворца пионеров. С этими учреждениями образования институт имел постоянную деловую связь. 
     Наряду с курсами повышения квалификации пристальное внимание уделялось созданию системы работы с учителями на местах, через организацию методической работы, самообразование педагогов, научную организацию труда. 
      В области началось массовое движение по созданию школьных кабинетов, их оснащению, организации работы с учащимися в условиях предметного кабинета. Развертывается работа по профориентации, трудовому и производственному обучению. Началось изучение первого опыта результативного труда ученических производственных бригад (очевидно, эти вопросы нуждаются в более подробном освещении в специальной статье). Практика показывала, что, несмотря на пропаганду и требования о необходимости изучения родного края, эта работа осуществлялась в образовательных учреждениях неумело и развивалась медленно. А в это время в стране пропагандировался опыт работы по краеведению и созданию школьных музеев г. Севастополя.
По инициативе методиста географии И.А. Чуяновой был заключен договор и организованы в летнее время курсы учителей на базе школ Севастополя. Учеба сочеталась с оздоровлением и полезным отдыхом – туризмом. В течение месяца педагоги слушали лекции преподавателей вузов, ИУУ г. Симферополя, знакомились с опытом работы школ, совершали познавательные экскурсии по городам Крыма. В оплате этих поездок помогал Омский областной совет профсоюза работников просвещения.
       Приведу выдержки из письма А.А. Дауберта, слушателя курсов, «…отдав системе образования 47 лет, не раз повышал свою квалификацию, но из всех курсов с большой благодарностью вспоминаю те, что были в Крыму. Устраивались различные диспуты, конференции, мы обменивались опытом работы, встречались с учителями школ, с руководителями города Севастополя, лекторы приглашались даже из ЦК Украины. 
       Особенно яркое впечатление на нас, сибиряков, произвело празднование Дня военно-морского флота. Это зрелище забыть невозможно. Нам, гражданским людям, военные моряки продемонстрировали свою выучку, умение владеть оружием, а также боевые возможности кораблей.
       Теперь, закончив трудовую деятельность, я часто вспоминаю о том времени и думаю, как смогла К.А. Нефёдова, директор омского ИУУ, организовать такие чудесные, полезные и познавательные курсы. От всей души говорю ей спасибо».
     В течение четырех лет на таких курсах побывало свыше 400 педагогов области, в их числе преподаватели географии, литературы, истории, начальных классов, организаторы внеклассной и внешкольной работы, методисты и заведующие РМК и районо. Под влиянием этих курсов во многих школах нашей области были созданы краеведческие музеи.
       Годы, о которых я пишу, были временем выполнения принятых ЦК партии и Правительством ряда постановлений «О мерах дальнейшего улучшения работы средней общеобразовательной школы» от 10 ноября 1966 г., «О завершении перехода ко всеобщему среднему образованию молодежи и дальнейшем развитии общеобразовательной школы» от 20 июня 1972 г. и др.
      Естественно, что ряд новшеств и намечаемых изменений нуждались в массовой и целенаправленной апробации. В ИУУ развертывается принципиально новое направление деятельности – опытно-экспериментальная и научно-исследовательская работа. Прежде всего, практически по всем предметам апробировались новые программы, учебники и учебно-методические пособия, рассчитанные на использование новых методов развивающего обучения. Особенно кардинальным изменениям подвергалось изучение математики. Внедрялись программы и учебники, разработанные под руководством академиков А.И. Маркушевича, А.Н. Колмагорова; в начальных классах велась апробация новых систем обучения по развитию младших школьников, в том числе систем Л.В. Занкова, В.В. Давыдова.
    Внедрялись также принципиально новые программы по биологии, музыке, изобразительному искусству, вводились новые предметы, среди них – обслуживающий и технический труд.
        В организацию воспитательной работы внедрялись «Моральный кодекс», «Программа воспитания подрастающего поколения».
      Отмечу, что для методистов вести исследовательскую работу было весьма непростым делом. Мы начали привлекать силы ученых вузов Омска, а также устанавливать связь с НИИ Москвы, Ленинграда и других городов.
       В институт приезжали многие авторы учебников и программ, известные учёные, помогая осмысливать суть изменений, организовывать и анализировать ход опытно-экспериментальной работы:
       по начальному образованию – В.Г. Горецкий, Т.К. Чекмарева;
       по математике – М.Б. Волович, Л.М. Лоповок, Л.Н. Ланда;
       по русскому языку – Л.Д. Меньшутина;
       по географии – Б.С. Добржицкий, Н.И. Дик, В.И. Карпов, И.И. Баринова.
    Нам удалось организовать настоящее сотрудничество практически со всеми кафедрами  педагогического института, с рядом кафедр политехнического института, Омского государственного университета. Оплаты за совместную деятельность, по существу, не было, кроме, конечно, за непосредственно проведённые со слушателями занятия, но и эту оплату можно назвать лишь символической. 
       Установились тесные связи с географическим  и педагогическим обществом. Руководство педобщества находилось в здании ИУУ. Совместная работа была весьма полезной и содержательной. Велась исследовательская работа и по изучению родного края. Историки и географы под руководством омских ученых Д.Н. Фиалкова, С.Р. Лаптева, А.Ф. Палашенкова совершали туристические походы по районам области, а собранный материал представлялся на научно-практических конференциях и педагогических чтениях. Разнообразная творческая работа с преподавателями географии, возглавляемая И.А. Чуяновой, не могла не сказываться положительно на их деятельности. Именно преподаватели этой дисциплины всякий раз становились победителями в конкурсах, участниками выставок, Всесоюзных педагогических чтений. Неслучайно двумя учителями области, получившими высокое звание «Народный учитель», являются географы. Это Лидия Яковлевна Кичигина, школа № 55 г. Омска, и Николай Андреевич Чернышев, Пановская СОШ Крутинского района. К сожалению, по субъективным причинам, Ирина Акимовна Чуянова не получила своего заслуженного вознаграждения. 
       Накапливался опыт работы педагогов  и образовательных учреждений, появлялась потребность широко представить его на районном и областном уровнях.   Поэтому ежегодно стали проводиться научно-практические конференции, а каждые два года – педагогические чтения. И чтения, и научно-практические конференции были многоступенчатыми. Сначала они проводились в школах, затем в районах, а лучшие доклады направлялись в областной центр, и далее – на Всесоюзные чтения. Хорошо, что эта практика впоследствии нашла развитие в деятельности института.
      В эти годы ИУУ начал интенсивно вести издательскую работу. Возглавлял ее высококлассный специалист Георгий Павлович Фролов, фронтовик, человек кристальной чистоты и порядочности. Работ издавалось немного, но готовились они тщательно. Рядовым педагогам и руководителям школ была открыта дорога к публикациям. Назову одну из первых публикаций по нравственному воспитанию учащихся, автором которой был сельский учитель литературы, ныне доктор педагогических наук, профессор М.Н. Аплетаев. Вскоре среди авторов появилось имя Ивана Михеевича Чередова, директора СОШ № 69, впоследствии известного в области ученого, профессора, руководителя. Передовой опыт работы учителей, школ, дошкольных учреждений в виде листовок, брошюр публиковался в печати. Снова и снова затрачивался огромный труд методистов, которые опыт изучали непосредственно на местах. Здесь хотелось бы отметить Ларису Александровну Москвину. Она скрупулезно изучала опыт производственных бригад, трудового обучения учащихся, профориентационную работу. 
Особо следует сказать о командировках в сельские районы. Они организовывались ежемесячно и продолжались дней семь, а то и все десять. К ним велась тщательная подготовка. Главными целями таких выездов являлись, прежде всего, оказание «вживую» практической помощи руководителям образовательных учреждений, рядовым педагогам, методистам РМК по составлении планов работы учителей и школы; по осмыслению формирующейся новой практики (после курсов повышения квалификации при ИУУ); по изучению качества учебно-воспитательного процесса, его результативности; по изучению и обобщению передового педагогического опыта работы.
        В процессе посещения образовательных учреждений проводились не только целенаправленные наблюдения, изучение ученических работ, планов. Весьма много времени уделялось деловым профессиональным беседам с педагогами, выработке единого взгляда на новое содержание образования, его особенности.   Выявлялись как затруднения педагогов, проблемы в работе педагогических коллективов, так и рождающийся передовой педагогический опыт.
     Нередко методисты сами проводили уроки, другие занятия, показывая приемы работы по активизации мыслительной деятельности учащихся, использованию ТСО, организации самостоятельной работы. Если требовали обстоятельства, то тут же проводились краткосрочные семинары с отдельными группами педагогов, давались советы и рекомендации руководителям методических объединений в работе на будущее.
    Встречи носили демократичный и диалоговый характер. Все это сближало педагогов и методистов, положительно влияло на рост числа учителей, руководителей школ, активно сотрудничающих с кабинетами института. 
    В процессе выездов изучалась эффективность курсовых мероприятий. Мы владели информацией, и это обязывало нас многое пересматривать и совершенствовать работу самого института, его кабинетов. По результатам пребывания в школах (наблюдения, срезы, изучение документации, беседы и т.д.) ежегодно методистами подготавливались справки «О состоянии преподавания…» курируемого предмета или направления работы. В них отражалось все позитивное, обобщенное, выявленные в районах тенденции и проблемы.
     Завершались справки, как правило, рекомендациями для руководителей школ, педагогов по организации самообразования, деятельности методических объединений. Такие аналитические справки направлялись во все районы области. Содержание их помогало РОНО при подготовке к августовским районным педсоветам.
      ИУУ постоянно взаимодействовал с областным отделом образования. Методисты приглашались для выступления перед инспекторами по тем вопросам, которые были новыми начинаниями в деятельности ОУ или с сообщениями по результатам выезда в районы. Нередко организовывались совместные   (бригадные) выезды, возглавляемые инспекторами или руководителями облоно.
       В деятельности ИУУ было немало проблем, среди которых наиболее острая – не отвечающая новым требованиям учебно-материальная база, недостаточная оснащенность учебного процесса необходимыми помещениями и оборудованием. Однако при всех трудностях немало методистов ИУУ многие годы работали творчески, с полной отдачей сил и оставили свой яркий след на этом благородном поприще. 
       Среди них:
 Ирина Акимовна Чуянова – методист по географии;
Лариса Александровна Москвина и Роберт Михайлович Удалов (ныне член Союза российских писателей) – методисты кабинета труда;
Любовь Андреевна Чурилина, Надежда Федоровна Бабкина, Валентина Акимовна Бабина – методисты кабинета дошкольного воспитания;
Серафима Селиверстовна Васильева – заведующая кабинетом педагогики;
Нина Ефимовна Кац – методист по химии;
Валентина Егоровна Попова и Лидия Николаевна Череминина – методисты кабинета русского языка и литературы;
Герберт Гербертович Экк, Тамара Федоровна Москаленко и Борис Васильевич Лепехин – методисты кабинета иностранных языков;
Берта Марковна Бушмакина и Валентина Васильевна Кучеряева – методисты кабинета математики;
Мария Яковлевна Торичко, Зоя Петровна Охотникова, Гертруда Аркадьевна Рейс – методисты кабинета начальных классов;
Раиса Ильинична Мохова – методист по физике;
Мария Николаевна Иванова, Владимир Григорьевич Пеккель и Нина Гавриловна Чуванова – методисты кабинета воспитательной работы; 
Валентина Ниловна Новикова –  зав. кабинетом вспомогательных школ. 
       Трудностей, конечно, было немало, но люди, вовлеченные в творчество, многого просто не замечали. У части методистов появилось желание  заниматься исследованием  педагогических проблем более основательно и даже начать работать над кандидатскими диссертациями.
       У меня, как у руководителя, были грамотные и требовательные заместители по учебно-методической работе – Нина Константиновна Некрасова и Екатерина  Филипповна Павлова. Они обладали исследовательским подходом к работе, высоким профессионализмом в области методики. 
       Институт был на хорошем счету в Министерстве РФ, в республиканском институте повышения квалификации работников образования. С опытом работы мне предлагалось выступать на семинарах и совещаниях директоров ИУУ. Выступали с опытом работы на республиканских семинарах и конференциях и многие методисты института. Опыт работы института был представлен в статьях, журналах «Народное образование», «Советская педагогика», предметных журналах.
Перед методистами ИУУ, уезжающими на учебу в Москву, Ленинград и другие города постоянно ставилась задача: не только скрупулезно знакомиться с опытом работы других ИУУ, но и быть готовыми выступить о своей деятельности, не бояться ставить проблемы и показывать то, как мы пытаемся их решить.
Моими хорошими помощниками стали бывший директор ИУУ С.Г. Островский, оставшийся в институте в качестве методиста, и ответственный за издания Г.П. Фролов. Оба эти работника обладали истинным трудолюбием, преданностью делу, чистотой помыслов, прошли суровую школу жизни. В диалоге с ними нередко удавалось сверять свои действия и решения.  
       Через несколько месяцев моей работы, а точнее в сентябре 1966 года,  руководителей  ИУУ Сибири собирают по вопросам организации взаимодействия в Новосибирске: предлагается создать центр по издательству, проводить совместные научно-практические конференции, обмениваться опытом работы. Здесь я знакомлюсь со всеми, кто  был тогда директором ИУУ и приехал из таких городов, как Красноярск, Барнаул, Кемерово, Тюмень, Томск, Новосибирск, Якутск, Чита, Иркутск. В основном маститые, опытные управленцы, высказывавшие интересные идеи о сотрудничестве. По поручению Министерства образования вела совещание директор Новосибирского ИУУ Татьяна Ивановна Шамова, к.п.н., защитившая кандидатскую диссертацию по педагогике. Встреча с этим человеком и руководителем стала в моей судьбе (без малейшего приукрашивания) поворотной вехой. 
       После окончания официальной части нашего сбора состоялся небольшой скромный ужин. Общение сроднило сибиряков, и мы стали ещё ближе и роднее друг другу на все последующие годы работы. Среди руководителей я была новичком, поэтому больше слушала и удивлялась тому, как много делается хорошего в разных институтах Сибири. 
      Закончился ужин, и Татьяна Ивановна предложила мне прогуляться по главной улице города – Красному проспекту. Из женщин нас было всего двое. С первых же минут общения мы стали понимать друг друга с полуслова, и было такое ощущение, что мы давным-давно знакомы и что мы – единомышленники. Ночь прошла в разговоре о работе, о наших семьях, о сложившейся судьбе, о планах и т.п. Я покорена была обаянием этой женщины, широтой ее взглядов, внешней и внутренней красотой, открытостью. Расстаемся близкими людьми, подругами, которые могут доверить друг другу самое сокровенное. Эта незабываемая ночь положила начало нашей настоящей дружбы на многие-многие годы. 
       На календаре сегодня 2009 год. А мы, слава богу, по-прежнему подруги и редкую неделю не позвоним по телефону, чтобы справиться о жизни и о делах. Т.И. Шамова – мой научный руководитель и моя звезда, на которую молюсь и которую боготворю. 
     Меня всегда тянуло к исследовательской работе еще в процессе преподавания своего предмета. Будучи директором ИУУ, устраиваюсь по-совместительству в школу № 75 г. Омска преподавателем в трёх десятых классах, а через год еще беру один пятый, затем и шестой. Ну и зачем же? Дело в том, что, работая в школе до облоно, увлеклась на уроках истории в 5 и 7 классах решением проблемно-познавательных задач, разработанных И.Я. Лернером и опубликованных в журнале «Преподавание истории в школе». 
       Мне импонировал этот метод, и об этом я написала в журнал. В ответ получила письмо от И.Я. Лернера с предложением войти в группу исследователей. Я согласилась, и по высылаемым материалам начала исследование, начала свои наблюдения. Ежегодно о результатах наблюдений пишу отчет и направляю И.Я. Лернеру. Он предлагает мне работать над диссертацией. Как бы ни было для меня физически трудно, работу в школе не оставляла до тех пор, пока не почувствовала страшную усталость и предупреждение врачей о последствиях. 
     В то же время как руководитель ИУУ вплотную занимаюсь содержанием курсов. Приходит в голову мысль, что надо по-иному учить тех, кто работает в восьмилетней (ныне девятилетней) школе и ведет несколько предметов, но еще не знаю как. Может ли быть качественным преподавание, если учитель не специалист? Провели изучение того, какие предметы совмещаются, выявили наиболее часто встречающиеся совмещения и организовали по ряду предметов курсы совместителей. Под моим непосредственным руководством методисты со своим научным активом отбирали темы для рассмотрения на курсах. Создали специальные программы для обучения руководителей восьмилетних школ с учетом особенностей их труда и жизнедеятельности. В 1972 году опубликовали мою первую статью об этом в № 10 журнала «Народное образование». К своему удивлению, я стала получать письма со всех концов нашей огромной страны. От директоров школ, методистов, зав. районо. Смысл их сводился к тому, что наконец-то нашелся человек, который осмелился обнажить комплекс проблем, связанных с положением восьмилетних школ и управления ими. К сожалению, многие из писем не сохранились, но приведу немного хотя бы для  примера. «Уважаемая т. Нефедова! С большим интересом прочитали Вашу статью «О помощи директору сельской восьмилетней школы» в журнале «Народное образование». Такое положение характерно и для нашего района, так как из 34 школ 22 –восьмилетние, малокомплектные. Считаем, что это особенно полезная работа: помимо организации дифференцированных курсов, важно и обеспечение руководителей подготовленными Вами материалами для осуществления контроля. Очень просим Вас, если есть такая возможность, выслать в наш адрес памятки по проверке географии, труда, черчения и физкультуры. Т. Черняева, зав. райметодкабинетом. 27.10.1972». Это письмо из Воронежской области. А вот из Волгограда: «Уважаемая т. Нефедова! Приношу сердечную благодарность за интересную и содержательную статью. И хотя я директор городской восьмилетней школы, но трудности у нас общие. В городской восьмилетке спрос с директора гораздо больше. Убедительно прошу Вас выслать мне хотя бы по одному экземпляру памятки по проверке состояния преподавания предмета, а я сделаю это достоянием всех директоров школ нашего города. С уважением к Вам Ф.Д. Алексеев, директор школы № 42 г. Волгограда». Письма шли из Брянска, Калининграда, Кирова, Могилёва, Минска, Полтавы (тогда ещё это была одна страна, не было никакого ближнего зарубежья), и в каждом – просьба выслать памятки по проверке предметов.
      Журнал «Народное образование» заказывает мне новые статьи, НИИ школ РФ, во главе которого был известный ученый Н.И. Соцердотов, предлагает сотрудничество с его отделом  школоведения. В этом отделе трудились такие уважаемые ученые, как К.И. Золотарь, А.М. Новиков, Ю.В. Васильев, П.В. Худомлинский, Л.М. Портнов, К.А. Ахлестин, Н.И. Шубин, М.Г. Захаров. Всех членов отдела я хорошо знала, поскольку выполнялась моя диссертация именно в этом институте. Руководителем вначале определили К.И. Золотарь, но она заболела, затем договорились с М.Г. Захаровым, который был директором Курганского ИУУ, автором популярной, очень толковой книги «Рациональная организация труда директора школы». К этому времени его перевели на работу в Москву. И он предлагает мне свое научное руководство. Обрадовавшись, лечу в Москву, но застаю его в больнице Склифосовского. Передача, которую я ему принесла, уже не потребовалась, он умирал от скоротечного рака крови. Встретившись с его женой, узнаю подробности и в тяжелом состоянии еду к Татьяне Ивановне Шамовой. Она уже все знала. Было невыносимо жаль этого человека – как педагога, товарища, труженика, ученого. Он умер через несколько дней на 45 году жизни. Так, к сожалению, горько начинались мои диссертационные поиски. Татьяна Ивановна Шамова, не раздумывая, становится моим научным руководителем-наставником. Домой возвращаюсь уже с утвержденной темой и программой исследования.
Нас, руководителей ИУУ, приглашали довольно часто, не менее двух раз в году,  на семинары в ЦИПКРО в Москву. Содержание учебы определялось, как мы в то время понимали, Министерством образования. По вопросам управления выступали перед нами основные руководители Министерств СССР и РСФСР: министры, заместители министров,  руководители отделов, а по вопросам исследований – ведущие ученые по педагогике, психологии из НИИ педагогики РСФСР. В целом «заряжали» неплохо. Шел обмен опытом работы. Собирали нас на территории разных республик, в основном, в их столицах. Например, совещание в Белоруссии проводилось в Минске, где был представлен интереснейший опыт работы ИУУ и целого ряда школ, а затем Министерство СССР организовало семинар в Бресте. Вел его первый заместитель министра образования СССР – Ф.Г. Паначин. Мне было предложено выступить с докладом «О работе с руководителями сельских школ».  
      Здесь, в Бресте, меня ожидали две незабываемые встречи. Первая – с ученицей Артынской школы, которая присутствовала на совещании в качестве фотокорреспондента ЦК Белоруссии; вторая – с бывшим вожаком комсомольской организации села Артын Микишевой Ниной Васильевной (я о ней писала ранее – прим. автора).
        А вскоре по приглашению МО выступила в Казани с докладом «Об организации самообразования педагогов области».
      Возвратившись в Омск, сразу же стала готовить свое выступление по тем вопросам, по которым получила информацию. Всегда после учебы, совещаний продумывала то, что из идей теории или практики применить в своей работе, точнее в работе ИУУ.
      В ИУУ было немало талантливых методистов. Трое стали работать над диссертациями, ведя поисковое исследование в школах области, – это Удалов Роберт Михайлович, Павлова Екатерина Филипповна, преподаватель математики, как говорят, от Бога и Стариков Евгений Афанасьевич, который многие годы преподавал в школе искусств, подготовил не один десяток юных художников, в том числе победителей международных конкурсов.  
      Как видно из моего краткого описания действий, отдыхать и нежиться было некогда. Ответы на вопросы, которые ставила жизнь, далеко не всегда удавалось найти в книгах, и надо было самим рисковать, пробовать, анализировать, искать наилучшие варианты решения. Приходилось постоянно опираться на мнения и суждения опытных заведующих районо и РМК, лучших руководителей восьмилетних и средних школ. Никогда не упускала возможности при встрече с ними хотя бы коротко побеседовать по интересующему вопросу, расспросить о трудностях, проблемах в жизни сельской школы. Это было весьма важно, поскольку, на мой взгляд, успешно исследовать можно то направление, которое хорошо понимаешь, видишь в нём проблему, ее суть.
Вместе с тем, исследователю надо досконально знать научные источники, в которых раскрываются вопросы данной тематики, знать то, насколько исследуемая проблема изучена, осмыслена, разработана. На первый взгляд кажется, что научных работ по избранной теме не так уж и много, но чем глубже погружаешься в проблему, тем больше понимаешь, что это не так. Изучаешь сотни источников, чтобы наконец-то можно было обосновать то, почему эта проблема актуальна и значима, нуждается в дальнейшем исследовании и поиске способов ее разрешения.
       Так постепенно я погружаюсь в проблемы системы повышения квалификации педагогов, особенностей работы и профессионального совершенствования педагогов и руководителей сельских школ, в общие проблемы управления, и в частности, управления образовательным учреждением.
В 60-70 годы было распространено глубокое увлечение проблемами НОТ учащихся, педагогов, руководителей школы. Издавались материалы исследований ряда лабораторий, в т.ч. Новосибирского пединститута во главе с Л.Ф. Колесниковым и И.П. Раченко – из Пятигорска. Для нас, Омского ИУУ, эти работы стали настольными. Опираясь на их идеи, разрабатываем «Положение об учебном кабинете», его особенностях в сельской восьмилетней школе, изучаем рабочий день руководителя, его структуру, особенности организации внеклассной работы и другое. Собранные материалы легли в основу областной научно-практической конференции по НОТ, а затем – областных педагогических чтений. На секции руководителей школ выступил, как сейчас помню, бывший тогда директор Ложниковской средней школы Тарского района В.А. Казанцев по теме «Организация труда руководителей сельской школы». А когда ИУУ организовал на базе Тарского района семинар зав. РМК, то мы посетили эту школу с целью изучения опыта работы по организации кабинетной системы в условиях сельской школы. Много было ценного и полезного в работе педагогического коллектива Ложниковской школы по военно-патриотическому воспитанию и др. направлениям работы. В школе было изумительно чисто и уютно.
     Впоследствии В.А. Казанцев станет сначала заместителем, затем зав. Омским облоно. Он запомнится всем как человек организованный, четкий, немногословный, умеющий анализировать состояние дел, давать принципиальную оценку. В области выросло немало высококлассных руководителей школ, на которых можно было положиться в организации исследовательской работы.
       В городе Омске удавалось успешно сотрудничать со многими школами.  Следует назвать имена таких руководителей педагогических коллективов, как: Литманович Владимир Григорьевич – школа № 60; Малышева Екатерина Семеновна – школа № 86; Трифонова Любовь Тимофеевна – школа № 109; Скорик Нина Иннокентьевна – школа № 85. Зам. директора у нее была Майсова Екатерина Семеновна, которая примет школу в 1972 г. и проработает директором школы, а потом гимназии 31 год; Сизова Наталья Васильевна – школа № 94; Чередов Иван Михеевич – директор школы № 69 и др. 
За 60-70 годы выросла плеяда ведущих директоров сельских школ области. Среди них: Воронин Вениамин Ильич – Нововаршавская СШ; Колпаков Павел Ильич – Новосельская СШ Кормиловского района; Махнев Василий Александрович – Седельниковская СШ № 1; Никитин Петр Матвеевич – Екатеринославская СШ Тарского района, делегат Всесоюзного съезда учителей (1968); Таран Иван Федорович – Еремеевская СШ Полтавского района; Шмаков Николай Фокеевич – Кошкульская СШ Тюкалинского района, делегат Всесоюзного съезда учителей (1968).
       Эти школы были передовыми по качеству знаний учащихся, постановке трудового обучения и профориентации, патриотическому воспитанию. На их базе осуществлялась апробация программ, учебников, внедряемых идей передового опыта.
А как идут дела в моей семье? Наш сын Виктор заканчивает школу и поступает в медицинский институт. В выборе профессии больше решали за него мы. Нам казалось, что ему надо реализовать мечту отца. Иван Ильич был влюблен в медицину, во время войны закончил Ленинградское медицинское училище  и после присвоения звания младшего лейтенанта и с дипломом фельдшера уехал с другими выпускниками на фронт. Возвратившись с войны (он участвовал в боях на германском фронте, а затем на востоке с Японией – прим. автора), не стал поступать в медицинский институт, поскольку учиться надо было шесть лет, а помогать материально было некому. А так как до войны работал учителем,  потому и принял такое решение – продолжить учение в учительском институте г. Омска, стать педагогом-профессионалом. Сыну же Виктору он настоятельно рекомендует стать врачом, и я тоже соглашаюсь. Это одна из лучших профессий на земле. К сожалению, в то время не было добротных и доступных методик по изучению личности школьника. Итак, Витя – студент, а через два года заканчивает школу с серебряной медалью и младший сын Борис. Ему мы советуем  поступать в Свердловский юридический институт. Он на отлично  сдает один экзамен – историю и после собеседования зачисляется студентом этого авторитетного института, славящегося превосходными преподавателями, высоким качеством учебного процесса. Однако и Борис, и мы намучаемся немало, во-первых, из-за отсутствия в институте общежития, во-вторых,  Свердловск в те годы плохо обеспечивался продуктами. Несмотря на то, что выплачивали 40 рублей стипендии и мы посылали ежемесячно по 50 рублей (это были немалые деньги – прим. автора), но этих средств не хватало на добротное питание. Учились оба сына хорошо, и мы были счастливы. Я к тому времени – директор Омского областного ИУУ, Иван Ильич – зав. Ленинским РОНО г. Омска.
       Мы перебираемся из старой квартиры на Московке в новую трёхкомнатную на улице Серова, 26 «а» – привлекательное местожительство: рядом рынок, ж/д вокзал, Иртыш, транспортная магистраль, магазин и т.д. 
       Казалось бы, живи, радуйся, трудись! Но начинается  новая полоса препятствий. 
     Старший сын Виктор, что учится еще на втором курсе, просит разрешения жениться. Мы к этому этапу жизни были совсем не готовы. И несмотря на отговоры, уговоры и прочее, мы дали добро. Сыграли свадьбу, и в сорок один год я стала бабушкой. Родилась здоровенькая девочка, которую мы в честь двух ее двоюродных бабушек назвали Анной. Хлопот прибавилось. Наша невестка Оля была из хорошей семьи, спокойной и малоразговорчивой, имела пока общее среднее образование. Поэтому предстояло помочь подготовиться к экзаменам в вуз. Вскоре она поступает на вечернее отделение финансово-экономического института, старательно учится и заканчивает его.
       Поскольку мне приходилось часто бывать в командировке, все дети учились, в том числе и по вечерам, то по большей части заботы о внучке легли на плечи дедушки Ивана Ильича. Как и многим из нас, работающим женщинам, надо было постоянно сочетать и гармонизировать государственно-общественную работу с семейными делами и заботами. Многие из нас имели так называемую общественную, неоплачиваемую нагрузку. С 1966 и по 1975 гг., будучи руководителем ИУУ, я была еще и председателем  областного отделения Всероссийского педагогического общества. И эта хлопотливая и ответственная должность исполнялась на общественных началах. Работы же было немало: организация деятельности секций, подготовка и проведение Советов, научно-практических конференций, семинаров по психолого-педагогической тематике, сбор и расходование членских взносов, связь с районными отделениями, юридическими и физическими лицами, с центром – президиумом ЦК ВПО, находящимся в Москве.
      Не раз президиум Всероссийского педагогического общества командировал меня как члена пленума в другие области Сибири для изучения состояния работы местных отделений, оценки их деятельности. За короткое время надо было успеть ознакомиться, изучить, слетать в  Москву и доложить или представить материал на заседании президиума, а то и пленума.
      Удалось побывать в Кемеровской области, Алтайском крае и других территориях. А в 1972 году я и зам. директора ИУУ Е.Ф. Павлова были включены в составе бригады МП СССР по инспектированию Усть-Каменогорской области республики Казахстан. Изучались вопросы организации повышения квалификации педагогов. 
      Заведующий облоно, Базатай Каирбекович, – очень толковый руководитель, обаятельный человек. Под его началом в области делалось немало интересного, самобытного, например, проведение курсов на базе летнего лагеря, расположенного на берегу рукотворного Бухтарминского моря. По окончании работы нас свозили к его берегам, красота которых и до сих пор живо воспроизводится в памяти. Пологий берег лишь там, где расположен лагерь, остальное – гористая местность. Смотришь на берега и видишь огромной величины причудливых животных. Их сотворила природа. И еще одно чудо – шлюзы. Мы поехали домой в Омск по Иртышу. И наш пароход прошел пять или шесть шлюзов, прежде чем спуститься в свое естественное русло. И снова незабываемые впечатления.
       В феврале 1970 года МП России и Президиум ВПО командируют меня и еще одного доцента пединститута из г. Орла в Чехословакию. Цель – обмен опытом работы по организации повышения квалификации педагогов, осуществления реформ в системе образования России, СССР. Напомню, что в 1968 году происходили известные политические события на территории  этого государства. К моменту нашего приезда обстановка во многом нормализовалась, но сохранялась напряженность, тревожность среди студентов, преподавателей, ученых. Чувствовалась настороженность – а что будет дальше?
     Перед выездом меня и другого командируемого пригласили в ЦК КПСС. Со мной побеседовали последовательно двое ответственных работников. Расспросили, зачем еду, что за дела там предстоят и знаю ли, какое положение сегодня в Чехословакии после ввода наших войск. Беседа прошла и с моим руководителем. В итоге получаем загранпаспорта, командировочные и едем поездом до Праги. Естественно, были немалые волнения и, прежде всего, сумеем ли справиться с теми задачами, которые перед нами поставлены, оправдаем ли доверие? Если честно признаться, то следует заметить, что наша подготовка к такой командировке и в такое неспокойное время должна была быть более обстоятельной. Это касается знания иностранного языка, состояния образования; взаимоотношений, например чехов и  словаков, и многое другое.
     Нормально переезжаем государственные границы, и вот мы в Праге. Начались встречи со студентами, преподавателями в аудиториях Пражского университета. Состоялись дискуссии, выступления, беседы, в том числе в форме круглого стола, знакомство с новшествами в учебном процессе. Побывали в ряде школ, гимназий, посещали занятия, беседовали с руководителями и педагогами.
        Отмечу, что в учебных аудиториях и коридорах чехословацких ОУ не было украшений: вывесок, картин и т.п., стены чистые, светлые. А вот доски в классах уже в то время были такие, на которых писать – одно удовольствие. Мы про себя по-хорошему позавидовали. Сейчас-то для нас они не диво, слава Богу, ими пользуемся.
         В одной из гимназий при входе, в просторном холле, во всю стену красовалась мозаичное панно: запряженная тройка мчавшихся лошадей, сидя в карете, ими управляет ямщик. Естественно, на нее нельзя было не обратить внимание. Мы задержались, глядя на панно: «Как Вы думаете, что оно символизирует?» - обратилась к нам директор гимназии. Я растерялась: «А в самом деле, что?», но подумав, сказала: «Очевидно, в ней заложена цель гимназии, буйное молодое поколение, обучая, направлять по верному пути, чтобы оно не сбилось с дороги» – «Да, почти так». И затем дополнила:  «Всем нам – родителям и коллективу гимназии – надо найти способы влияния на бунтующую, своевольную молодежь, суметь укротить ее, сформировать стремление к здоровому, честному и чистому образу жизни».
         После этой встречи в памяти постоянно всплывала картина, ее красота и суть. Думалось, как же все просто и вместе с тем по-философски мудро. 
        В первые же дни пребывания в этой стране нас осторожно предупредили о том, чтобы мы никуда не выходили одни из гостиницы, особенно по вечерам, разговаривали на улицах негромко, не привлекали русской речью, дескать, еще может быть всякое. Нас всюду сопровождал гид. 
Хорошо были организованы экскурсии, выходы в музеи. В превосходном музее Яна Амоса Коменского прикоснулись к нетленным реликвиям этого выдающегося человека, учёного и педагога.
        В оперном театре Праги мы посмотрели балет П.И. Чайковского «Щелкунчик» и прослушали оперу Р. Вагнера «Лоэнгрин». Превосходный театр! Не менее восхитительным оказался и музыкальный театр в городе Брно.
      В предпоследний день пребывания в Праге, в соответствии с планом работы, мой сотоварищ, доцент, прочитал лекцию о воспитательной системе в образовании СССР. Аудитория была небольшая, около 50 человек. Вопросов после лекции было много, но напишу только об одном. «Как Вам удается,- спрашивал преподаватель, – успешно организовать воспитание на примере жизни и деятельности В.И. Ленина? У меня не получается, - продолжал он. - Вот как-то я тоже стал рассказывать о нем своим студентам, многие слушали без интереса, а были и такие, кто к портрету Ленина дорисовал усы».
После корректного и четкого ответа нашего лектора я не выдержала и сказала тихо и спокойно буквально следующее: «Много лет я преподавала историю в школах и, естественно, подробно рассказывала о гуситских войнах, проходивших в Чехии, Яне Жижке, Яне Гусе, о жестокой расправе с восставшими и их вождями. И у меня на уроке дети не рисовали, а вместе со мной имели на глазах слезы. Видимо, все дело в том, что и как говоришь, дети и молодежь фальшь всегда чувствуют».  
        Может быть несколько грубовато, но так было, и я долго переживала за свое «дополнение». Все-таки мы были в гостях. И одной из задач нашей поездки было установление дружеских отношений.
       С большой благодарностью вспоминаю дни отдыха, которые были тоже познавательно насыщенными. Так, к примеру, нас свозили на знаменитый курорт Карловы Вары и другие, имеющие местное значение. В Праге мы побывали в гостях у двух доцентов, ранее обучавшихся в Ленинграде. Это был вечер хороших воспоминаний. 
      Поработать нам удалось в течение 21 дня  в трёх городах: Праге, Брно, Братиславе. Наиболее яркой осталась в памяти встреча за круглым столом, организованная университетом в Брно. Действительно, за большим круглым столом сидело человек сорок – преподаватели, руководители кафедр, деканы, ректорат университета. Я чувствовала себя не совсем уверенно, а потому больше слушала и ответила лишь на ряд вопросов, касающихся деятельности системы повышения квалификации педагогов, реформирования общеобразовательной школы, т.е. по тем вопросам, по которым в какой-то степени считала себя более-менее компетентной. 
      Пребывание в этом  городе запомнилось как официально-корректное, деловое. Но много раз, вернувшись из Чехословакии, вспоминала об одном небольшом застолье, состоявшемся как раз в Брно. Вечером в небольшом помещении за столом встретились с группой ученых и ректором. Все они хорошо говорили по-русски, была непринужденная, открытая беседа. На столе стояли разные вина и коробки конфет. Я смотрела на стол и, видимо, во взгляде читалось: «А где же еда? Мы же не ужинали?» И как бы заметив это, один из присутствующих заговорил: «Извините нас за такое угощение, так у нас принято, совсем не так, как у вас». И он, продолжая, стал рассказывать о том, как он не раз бывал в СССР и знает о нашем хлебосольстве. Приведу почти дословно его высказывание о нас, ведь это тоже интересно. 
       «Я старый коммунист, – говорит он, – и не раз приезжал в СССР. Вот как-то на Украине нашу делегацию привезли в колхоз. С нами приехал секретарь обкома. В селе поставили вдоль улицы столы, накрытые всевозможными яствами. Все приглашенные сели за стол,  слово берет хозяин – председатель колхоза. Кратко сказав о делах, он поприветствовал всех и предложил тост: «За великую дружбу народов!» Подняв граненый стакан водки, завершил: «До дна!» и выпил. Присутствующие  последовали его примеру. Закусили, поговорили. Поднимается секретарь райкома, который провозглашает тост: «За дружбу коммунистических партий СССР и Чехословакии! До дна!» Выпив, переворачивает стакан. Рассказывающий об этом застолье замечает, что он после двух граненых стаканов  крепко охмелел, а сидящая рядом украинка ему тихо говорит: «Вы закусывайте, закусывайте, - и подкладывает ему еды. - И все будет хорошо». Я от души ел. Все было изумительно, но далее поднялся секретарь обкома. Он предложил поднять бокалы и произнёс тост: «За процветание Украины, здоровье, долгую жизнь великого вождя народов И.В. Сталина! До дна!» Как было не поддержать? Я выпил, но больше ничего не помню»…
      Все присутствующие за нашим столом рассмеялись, рассмеялись и мы. На это Александр Николаевич, руководитель  нашей маленькой делегации, резюмировал: «Да, у нас угощают от души, но можно пить не всегда до дна, да  и  на столе всегда обильная и разнообразная закуска….»
         Вот такой мажорной была наша встреча, но мы ушли голодными, и у себя в гостинице подбирали все, что еще где-то сохранилось, чтобы поесть.
     Впереди была Братислава. По дороге к этому городу мы проехали несколько небольших городов, заезжали в одну из словацких сельских школ, познакомились с ее коллективом, оснащением, учебным процессом. Школа по своему материальному положению не выглядела богатой, но покорили педагоги своим радушием, открытостью, гостеприимством. Прошли встречи с учащимися, родителями. А на прощальный ужин  пришли руководители села и, видимо, представители родительской общественности. 
      Здесь на встречу к нам приехал директор Братиславского института усовершенствования учителей и познакомил нас с программой завтрашнего и последующих дней. Интересно, что наше знакомство в Братиславе началось со встречи с двумя профессорами, а затем с одним из доцентов института мы поехали поклониться праху наших солдат, погибших в годы Великой Отечественной войны. На небольшой возвышенности находится братская могила, где похоронено около сорока тысяч наших бойцов. У подъезда – высокая каменная ограда, а на ней еще с 1969 г. сохранились незакрашенными слова, написанные краской двухметровыми буквами: «Отцы – освободители, а дети – завоеватели!» и др. Я не сдержала слез, было больно и обидно за нас, за всех погибших в годы Великой Отечественной войны, в том числе и за моих братьев. Что же происходит? Почему вместо светлой памяти и благодарности такие оскорбления? 
К сожалению, на многие «почему» мы и сегодня не можем дать ответа… 
       Здесь, в Братиславе, наша программа действий больше состояла из встреч-бесед. Это было неплохо, поскольку удавалось встретиться со многими и разными людьми, ознакомиться с деятельностью ИУУ, педагогического общества, их опытом работы. Нам показалось, что у руководителей Братиславского отделения было стремление к тому, чтобы больше прошло диалогов, как говорится, тет-а-тет. Даже в свободное время с нами знакомились новые и новые люди, затевали беседы по разным жизненным проблемам. 
       В один из выходных дней мы были привезены на базу отдыха педагогов – поселение в ущелье среди гор. Небольшая улица, на которой расположены магазины, кафе, мастерские и т.п. Нас знакомят с группой отдыхающих, и профессор музыки приглашает меня пройтись перед ужином. 
        Было прохладно, и, одевшись потеплее, я вышла на встречу. Его первый вопрос ко мне был: «Как Вам работается в Чехословакии?» А затем: «Скажите, а могло быть такое в вашей стране, чтобы студенты не подчинились, не пошли на занятия, организованно вышли на улицу и предъявили свои требования правительству?» Надо было высказать свою точку зрения, и я сказала: «Вряд ли. У нас сильная комсомольская организация, она руководит делами молодежи, защищая их права. Сама же эта организация тесно взаимодействует с правящей Коммунистической партией, и среди студентов уже немало членов КПСС, они работают в тесном контакте с преподавателями».
       Профессор хитровато улыбнулся и заговорил: «У нас более демократичное общество, и видите, как наша молодежь проявила себя в революционные дни. Мы не могли противостоять их воле и единению».  
      Показывая витрины магазинов, он заметил: «Видите, какое у нас разнообразие продуктов, не то что в Москве, не говоря об обеспечении других городов.     Оцените, какое разнообразие мясных, колбасных изделий». 
       Действительно, я впервые видела вращающиеся тушки кур, уток, так называемый гриль. Все красиво и аппетитно. У нас этого я еще не встречала, чтобы вот так, на улице. В чем-то я согласилась, а на что-то дала мягкий, но, на мой взгляд, достойный ответ. В частности, обратила внимание на то, что советские люди в повседневности питаются неплохо. У нас в семье, например, всегда есть на столе мясные продукты, овощи, фрукты. Согласилась с тем, что да, у нас пока не очень высокая культура обслуживания, примитивная реклама, однако продукты доступны по цене. И у нас надо видеть все не на витрине, а на столе. А в подтверждение этих слов, возвратившись на ужин, мы увидели на столе кастрюлю с чечевичным супом, а далеко не зажаренную курицу. Но это так, к слову.  А в сравнении многое, к сожалению, было не в нашу пользу.
      Итак, командировка наша подходила к концу. Мы возвращаемся в Прагу, а вечером приходят к нам в гостиницу два крупных ученых. Эта  встреча вне расписания. Оба они в годах, коммунисты, и я не стану называть их фамилии. Расспрашивают, как и что, дают советы по поведению на прощании и даже о том, что передать в Москве. Пытались рассказать об истинном положении в стране, настроениях, отношениях и т.д.
      Сидели за столом и угощали наших гостей уже по-западному: поставили бутылочку столичной водки и коробку конфет «Осенние листья». Загостились ученые у нас, и нам показалось, что это были единомышленники, преданные России люди.
      Поездка по Чехословакии, встречи, знакомство с опытом другой страны были для нас, а особенно для меня, огромной информацией для раздумья, личностного обогащения. Мы отчитались в Москве: с поставленной перед нами задачей успешно справились.
       По возвращении из-за границы начинаю с большим усердием работать над собой: предстояло сдать кандидатский минимум по философии, иностранному языку и педагогике. Отдыхать было некогда, поскольку ждали дома, в институте, в школе. Начинаю продумывать стратегию деятельности ИУУ, его методистов.   Мы много времени уделяли  сельской школе, ежемесячно выезжали в разные районы. Мой главный интерес состоял в том, как:
        - организовано управление коллективом, образовательным процессом;
        - создана связь с окружающей средой: социальной, экономической, культурной;
        - формируется единое педагогическое пространство.
        Параллельно с этим пытаюсь изучить состояние и особенности развития кабинетной системы, организации трудового обучения, профориентации. В каждой из посещаемых школ наблюдаю уроки, внеклассные занятия с учащимися, ищу положительный опыт, пытаюсь в нём разобраться. Свои выводы из накопленных наблюдений, встреч, бесед пытаюсь проверить в беседах с методистами ИУУ. Материалы о жизни лучших школ области, осмысленные и выверенные, лягут впоследствии в основу содержания диссертационной работы и книги «Руководство восьмилетней сельской школой», которая выйдет в 1978 году в Москве, в издательстве «Просвещение».
         В течение нескольких лет я являлась читателем библиотеки им. В.И. Ленина в Москве. Расскажу о том душевном состоянии, которое испытала, входя в это благороднейшее здание – хранилище накопленной информации и человеческой мудрости. Получаю читательский билет и поднимаюсь по белой мраморной лестнице в залы. Кто я? Простая сибирская учительница. Мои глаза наполняются слезами радости от счастья, от возможности заниматься в этой всемирно известной научной библиотеке. Чувство, охватившее меня, ни с чем не сравнимо. Оно не исчезало всякий раз, когда я вновь приходила сюда поработать.
        Успешно сдаю кандидатские экзамены, печатаю в центральных изданиях ряд статей, продолжаю осмысливать и обобщать экспериментальный материал. Но, к моему глубокому сожалению, не получаю поддержки со стороны вышестоящих управленцев области, а наоборот, в мой адрес высказывается недовольство, начинаются придирки к работе и, как водится, разного уровня проверки. 
        На завершение диссертации мне дали всего три месяца, и я уехала в Москву. Напрягаюсь изо всех сил, живу у Т.И. Шамовой и успеваю в отпущенный срок не только написать окончательный вариант диссертации, но и подготовить и отпечатать автореферат. На заседании отдела «Школоведение» НИИ общей педагогики прошло обсуждение, и диссертация была рекомендована к защите.
      Татьяна Ивановна Шамова, мой научный консультант, оказалась зорким, строгим, требовательным и необыкновенно тонким руководителем. На пути к итоговому обсуждению шло проговаривание идей, подбор наиболее точных определений, выводов. Она не писала за меня ни строчки, но умела мобилизовать мои мысли для самостоятельного изложения, после завершения каждого параграфа давала позитивную оценку. Да, это истинный учитель, учёный-наставник, человек чистейшей нравственной культуры.
      В сентябре 1974 года в Москве защищаю кандидатскую диссертацию. Заседание вел Президент Академии наук М.И. Кандаков, а в состав диссертационного Совета входили такие корифеи, как М.Н. Скаткин, И.Я. Лернер, В.А. Сластёнин и др. Защита мне далась нелегко: учёные отдела НИИ педагогики  и мой научный руководитель были ещё в отпуске, и мне не с кем было согласовать своё выступление. Одолевало волнение: «А о том ли я буду говорить?» Пожалуй, ни до ни после защиты мне не приходилось испытывать большего волнения, чем в те дни. Дело еще и в том, что мой первый оппонент срочно уехал за границу, вместо него был назначен другой учёный, который практически не видел и не читал моей диссертации. К тому же у меня не было его отзыва, чтобы заранее продумать ответы на замечания.
        Не скажу, что на все вопросы я ответила блестяще, но в результате подсчёта голосов выяснилось: все члены диссертационного Совета проголосовали «за». В заключение М.И. Кандаков предлагает мне назавтра выступить с докладом на тему «Об особенностях и проблемах современной сельской школы» на Всероссийском семинаре представителей областных объединений политпросвещения. Пришлось не спать ещё ночь, чтобы подготовиться к новому выступлению перед столь высокой аудиторией. Но зато с М.И. Кандаковым мы стали как бы лично знакомы.
        После оформления всех документов по защите вылетаю домой, где меня крепко заждались. На второй же день выхожу на работу, коллектив встречают меня поздравлениями, на моём столе – телеграмма от А.И. Азарова. Волнения теперь приятные, но продолжались они ещё довольно долго, так как рассмотрение диссертаций в ВАКе, как правило, продолжалось более года.
      Одним из главных событий того времени в моём доме стала женитьба младшего сына Бориса, студента третьего курса юридического факультета. Он встретил и полюбил прелестную девушку, приехал домой из Свердловска за благословением родителей. Рассказал, что она тоже студентка, учится на филологическом факультете, утверждал, что если мы не дадим согласия, то ему уже больше такой девушки никогда не встретить…
        Приглашаем избранницу сына в гости, позже знакомимся с её родителями, и уже к Новому году играем красивую студенческую свадьбу. Мы любовались нашей второй невесткой Людмилой: стройна, красива, умна, очаровательна. С сыном Борисом они были чудесной парой, прекрасно дополняли друг друга. Закончив вузы, они переехали в Омск жить и работать, а через два года у них родится дочь, которую в честь другой бабушки назовут Екатериной. Живём дружно, большой семьёй, но наше счастье серьёзно омрачало нездоровье внучки: она часто болела, был случай, когда врачи обрекли её. Но мы с Люсей теплом, мольбой, заботой спасли нашу любимую дочку и внучку.
        Всё в жизни складывается не без трудностей, но в который раз убеждаюсь, что они вполне преодолимы.
       В ИУУ как всегда проблемы, дела, требующие моего непосредственного участия в их решении.  В 1974-1975 гг. вновь наступил период, когда помещение института не могло удовлетворить растущие требования в работе с педагогами по повышению их квалификации. Встал вопрос о строительстве нового здания. Облисполком принимает решение: после завершения строительства школы №19 ее прежнее здание передать ИУУ. Это был хороший подарок учительству области: здание в центре города, просторное, расположено близко к общежитию, к областному отделу народного образования. 
        Начинался новый этап в жизнедеятельности Омского областного института усовершенствования учителей.

 
 

Комментарии (0)

Чтобы оставить комментарий, вам необходимо зарегистрироваться, или войти в систему: